Он кивнул сам себе и начал кружить вокруг нас. Я следила за его движениями.
— Ты всегда была лишней, — вдруг произнёс он. — Мешалась под ногами, как разбросанные по дому ненужные вещи. Присела на уши к матери, твердила ей, что я не должен быть в вашей семье, что я плохо на неё влияю. Конечно, она не хотела соглашаться с тобой, ведь нашла во мне своё спасение. И я дал ей его. Как только я начал присматриваться к Мелиссе-Авроре, я заметил, что она не просто маленькая девочка… она была святой. Священным алтарём, к которому хочется прикоснуться и сделать его своим. Присвоить себе, ведь такие вещи выпадают не всем. Её свет, лившийся из неё, каждую ночь приходил ко мне. Я закрывал глаза, и он въедался в меня. Тогда я и понял, что это знак. Свет зовёт меня. Сам просит, чтобы я притронулся к нему. Она в этом нуждалась.
— Ты больной… тебе лечиться надо, конченый шизофреник! — перебила я, не в силах молчать.
Он разозлился. Перемена в его голосе и поведении напугала нас.
— Закрой свой рот! Дай мне продолжить свой рассказ!
Тишина. Он по щелчку пальцев вернулся в спокойный тон.
— Так вот. Я коснулся её. И каково было моё удивление, когда я гладил её… такого чувства во мне никогда не просыпалось, она поглотила меня. Тогда она не знала, что я уже завладел ей. Что попробовал священный алтарь. Потому что я пришёл к ней, когда она спала. Так нежно посапывала, и на мои касания её свет отвечал лёгкими стонами, я знал, что ей нравится, — облизнувшись, сказал он.
Он отзывался о Мелиссе, как о предмете. Как о том, что можно подчинить…
— Ты подходил к ней, когда она спала! Я тебя убью, ёбнутый псих!
Мелисса смотрела на него вытаращенными глазами. По её щекам текли слёзы. Я не знала, какая она сейчас. Не знала, какой у неё характер. Но в данный момент она была похожа на свою маленькую версию. Такую же напуганную и загнанную.
— Я всегда знал, что она желает слиться с моей тьмой. Почему-то она боялась это признать, но так оно и было.
— Ни за что…, — прошептала она. — Никогда я не хотела этого, ты сломал меня! Сломал. И Сидара ты сломал, тварь. И сына своего, наверное, тоже.
Деррик отвлёкся, услышал о сыне.
У него есть сын?
— Этот выродок был слишком мягким. Слишком не для меня.
— Продолжим. Никто из вас не заслуживал Мелиссу. Эту чудо-девочку, которая была послана с небес лично мне. Она — ангел, и я решил, что должен спрятать от всех этого ангела. Как удачно подвернулось, что ты выключилась, поскользнувшись о камень. Очень удачно. Я сразу забрал её. Держал в этом сарае. Кстати, я до сих пор чую этот вкусный запах…мм, вы его чувствуете? — он прикрыл глаза и поднял голову вверх, размахивая на себя руками. — А потом она сбежала. В шестнадцать. Уехала учиться в Бостон. Выгуливала собак, дрессировала их. Скукота. Я нашёл её, ведь от меня нельзя скрыться. Тогда впервые я обозлился на неё, ведь она предала меня. Плюнула в душу. И я наказал её. Мне так это понравилось, я ощущал, как кровь заполняет все клетки тела. Она была, как наркотик, и я пользовался им постоянно. Ты, Беверли, просто всегда раздражала меня, и я решил продолжить измываться над тобой, узнав, что ты вышла из психушки и переехала в Бруклин. Я стал следить. Сначала я сбежал, боясь, что эта маленькая дрянь засудит меня. Поменял имя, слегка изменил внешность, поменял документы. У меня была новая жизнь, я обучился всему, что мне было нужно. Создал свою группировку. И тогда родился план. Я изучил о тебе всё, мои люди были рядом почти всегда, я мог слышать тебя, знать, куда ты направляешься, где ты и с кем ты. Твои друзья тоже выступили главными героями, я и о них начал узнавать. Как было смешно напугать вас кирпичом, прилетевшим в плечо Делле…
— Ты будешь наказан, помни это, — сказала я.
Я подумала о ребятах. О Нолане. Они ведь даже не догадываются ни о чём. В последнее время я отворачивалась от них, желая оставаться со своим горем наедине.
Деррик отошёл куда-то и вернулся с пилой в руке. Мы с Мелиссой переглянулись.
— Не бойся, — сказала она. — Я не боюсь, и ты не бойся.
От этих слёз у меня закружилась голова. Это те самые слова, которые она сказала мне в детстве.
— Ну что, поиграем? Нога или рука? — спросила Деррик, вытянув перед собой пилу.
Не имея ни малейшего понятия, что делать, чтобы спастись, я была готова пожертвовать собой, чтобы выиграть время. Быть может, Мелисса будет умнее и что-то придумает.