Одно радует, повидаюсь с лучшей подругой.
На самом деле, я считаю такой только Деллу, ведь у неё всегда очень дельные для меня советы, она всегда рядом и знает про меня всё на свете. Что касается Адалин, мы знакомы с четырнадцати лет, и я безумно ей благодарна за всё, но она такая взбалмошная, всегда много рассказывает про себя, а в эти рассказы входят одни парни, тусовки и новые сумки. Она уверенна в себе, её не заботят насущные дела, и мне иногда хочется быть похожей на неё, но потом я возвращаюсь в реальность и понимаю, что я та, кем являюсь. Безусловно, Адалин заботится обо мне, переживает, но помимо меня у неё ещё много таких Беверли, которые всегда ответят на звонок и выслушают её новости.
Делла не такая. Её так же, как и меня интересует музыка, она даже пишет свои песни, только пока не выпускает. Мы носим ту же одежду, пьем один кофе, мне с ней хорошо. Да и за всё время, что я в Бруклине, я не вспоминала Адалин. Её имя всплывало в сознании только когда она звонила. Но она моя старая подруга, мы многое прошли вместе, поэтому я буду рада видеть её здесь. Может даже познакомлю девочек.
Уже было двенадцать, поэтому я легла спать, радуясь насыщенному дню. Ну, за исключением повреждённой ноги. А Нолан даже не спросил про неё.
Я безумно боюсь воды. Избегаю всего, что с ней связано. Понятное дело, что я нормально умываюсь, пью её. Но в ванной я стараюсь её не набирать. Это связано с моим секретом. Если я вижу большое количество воды, у меня начинает кружиться голова и воспоминания врезаются в голову одно за другим. Все слова начинают въедаться в подсознание навязчивой дымкой. Руки трясутся, а из носа начинает бежать кровь из-за переизбытка адреналина. Такое состояние страха присутствовало со мной без остановки с шестнадцати лет. Но потом я научилась обуздывать его. Я приучила его, но не могу контролировать, поэтому стараюсь обходить воду за километр: не плаваю в бассейнах, не набираю полную ванну. Последний раз была в океане в шестнадцать. Проклятое число.
Если кто-то узнает мой секрет, то отвернётся от меня, сбежит, проклиная всеми ужасными словами. Я вернусь в тот период жизни, когда была изгоем. Поэтому никогда я не соизволю раскрыть его, вырвать из груди, где он таился всё время, и подарить какому-то хорошему человеку. Ведь даже такой человек уйдет, не оглядываясь. А я грязь. И я не хочу очернять вокруг себя всех и всё. Я недостойна любви, я недостойна дружбы, я недостойна всего, что у меня есть на данный момент. Но я так люблю Деллу, так хочу увидеть Адалин, и так хочу не отказываться от тёплых разговоров с Ноланом... Я недостойна всего этого, но без того происшествия — я хороший человек. Эти возможности для меня как очищение перед Богом. Только я не верующая, поэтому моя душа чистится именно такими методами. С помощью хороших компаний. Так я чувствую себя не той, какой являюсь со своим секретом, а чистой, у которой руки не замараны, а в белых перчатках. Ангелом.
Ветер громко завывает, а волны резкими подъёмами двигаются в океане. Я стою по пояс в воде. Солнце слепит глаза, и я прикрываю их правой рукой. Рядом со мной плавает девочка лет десяти. Она усердно старается плыть сама, но течение уносит её, поэтому она держится за свой предмет спасения — розовый круг.
Мне нравится этот ребёнок, он смотрит на меня с нескрываемым любопытством и смеётся. Я подхожу ближе, беру мокрые волосы девочки в руки, глажу и начинаю тянуть. Тяну их так, что её кожа начинает краснеть, и пряди вот-вот оторвутся. Девочка начинает вырываться, но мои глаза безумны, они кажутся нечеловеческими, дьявольскими.
Я хватаю руку ребёнка и веду его за собой, волочу по песчаному дну, так, что она царапает кожу ног о мелкие камни. Оказавшись на берегу, девочка кричит, моля о помощи, но каково горе: её никто не слышит, люди превратились в статуи, окаменели и рассыпались. Я опускаю девочку на песок и достаю нож. Смотрю последний раз в её глаза, полные боли и непонимания. Ей страшно, ведь она ничего не делала. Меня бесит её потерянный взгляд. Она уже мысленно попрощалась с жизнью. Замахиваюсь и наношу удар. Второй. Третий. Кровь течёт рекой, из горла девочки вырываются булькающие звуки. Бью куда глаза глядят. Через минуту они смотрят уже не на красивое тельце девочки, а на кровавое мессиво, на то, что от неё осталось. Я откидываю нож в сторону, поднимаюсь и бегу со всех сил. Я бегу, разбрасывая вокруг себя песок. Бегу и падаю. В бездну.
Я кричу на всю мощь. Вскакиваю с постели и хватаюсь за горло — мне нечем дышать. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, и я умру. Резко выбегаю из комнаты и захожу в ванную. Включаю воду и умываюсь. Я опускаюсь на пол, накрывая лицо руками, липкими от пота. По телу бьёт мелкая дрожь, и я начинаю рыдать.