Ричард вышел из квартиры, потому что она принадлежит моей шикарной подруге. Признаться честно, я больше стала уважать Адалин после этой сцены. Она показала другую себя, а ведь в моей голове она всегда останется той маленькой девочкой, которая проклинала Деррика и вместе со мной и Мелиссой смеялась над ним, когда мы подмешали ему слабительное в чай. Потом она останется той легкомысленной Адалин, которая не прочь развлечься с красивым парнем, имя которого на утро уже и не вспомнит. Но даже такую её я люблю, ведь я поняла, что плохие люди — это такие, как Деррик, как Ричард, но точно не как Адалин. Она просто живёт, как хочет. Она ранимая, она тоже грустит от одиночества и мечтает найти любовь (тогда в кафе, услышав это, я поняла, что оказывается не знаю её настоящую, и мне стало от этого не по себе) и теперь ей это удастся. По крайней мере, я настоятельно решила, что буду больше проводить с ней времени. Всё равно Делла будет с Ашером, и наша с ней дружба не сравнится ни с чем, поэтому я могу позволить себе начать дружить заново с Адалин, с её другой стороной. К тому же, теперь у неё будет малыш, и мы все будем его оберегать. А любовь, она обязательно придёт к ней, ведь Миллер младшая этого по-настоящему заслуживает.
Глава 13
Трясти подругу и пытаться выпытать из неё всё, что мне довелось услышать, — не было в моих планах, поэтому я мысленно дала ей самой возможность просветить нас в насущные дела.
Мы вернулись в гостиную и сели на диван, чтобы не оставаться стоять в коридоре. Все молчали, не желая брать на себя инициативу спросить. Делла сидела по правую сторону от Адалин, гладя её плечо и безмолвно ожидая, пока она решит заговорить.
Я накрыла своими руками её сложенные в замок на коленках, которые с недавних пор не переставали трястись, выбивая ногами длительную чечётку. Будет ли она вообще с нами обсуждать эту ситуацию? Одно было теперь известно всем: внутри Адалин находится плод размером с икринку, а отец ребёнка — наглый подонок, которого мать выгнала за дверь.
Миллер младшая оглядела всех нас, как будто обдумывая, что будет после её рассказа?
— В общем, как вы все уже сами знаете, я забеременела от Ричарда, — начала Адалин. — Я помнила, что он не хочет детей, тем более от меня, и сначала мне было обидно, но сердце подсказывало, что мы всё равно долго не продержимся, а может даже он сможет принять ребёнка. Но я не пыталась специально его зачать, я принимала таблетки… просто всё получилось неожиданно, я забыла принять один раз, потом второй, и весь режим сбился. Заметила я это позже, то есть, вероятно, случись бы это раньше, я бы, может, и могла всё исправить в угоду Ричарду, но сегодня я поняла, что так не должно быть. Почему мне нужно принимать таблетки ради него, когда сама я хочу завести семью и стать мамой? Крайней точкой стала его просьба сделать аборт. Это немыслимо для меня. Что-что, но на такое я не пойду.
Сегодня какой-то день “узнай друга получше”. Адалин опять поднялась в моих глазах, а ведь я когда-то допускала мысль, что она способна прервать беременность, если это будет необходимо.
— Ты большая молодец, я очень горжусь тобой, чтобы ты знала, — вырвалось наконец у меня, наверное, впервые за долгое время. Не то, чтобы я никогда её не поддерживала. Скорее, просто отмалчивалась, спихивая её выкрутасы на “ну это же Адалин”.
В доказательство искренности своих слов, я сжала её руки, давая понять, что сейчас я с ней, и с этого момента она может спокойно рассчитывать на мою опору.
— То, что ты высказала Ричарду — заслуживает уважения, — похвалила Делла, наградив Адалин широкой улыбкой. Хоть она была знакома со всеми не так много, как со мной, это не помешало ребятам считать её “своей”.
— Это стоило мне больших усилий, — ответила хозяйка квартиры. — Я попросту не могла уйти раньше, хотя головой понимала, что в этом есть необходимость.
— Мы все с тобой, отныне будем чаще держаться вместе, чтобы тебе было спокойнее. Чувствуется мне, что этот подонок ещё объявится, да не с хорошими намерениями, — Нолан будто бы был лидером какой-то группы и принимал сейчас туда нового члена — Адалин. “Теперь ты наша, и никто не посмеет тебя тронуть” — как бы говорил он.
Этот вечер был словно американские горки. Сначала произошедшее ранее заставило нас всех испугаться и приуныть, в мыслях жалея Адалин и проклиная душу Ричарда, но как бы ужасен не был спуск, горки всё равно поднялись наверх и вернули нас, давая надежду на спасение и освобождение. Мы все сплотились, как одно целое. Сплели каждый своей ниточкой большой крепкий моток, который сам супергерой не в силах разорвать.