Мы одновременно громко выкрикнули:
— Нет!
Сейдж поднял руки, как бы говоря “ладно, понял”, и сказав, что забыл о каком-то деле, собрался и вышел из квартиры.
Когда дверь захлопнулась, мы с Ноланом минуту смотрели друг на друга, а потом…
Рассмеялись.
Так громко, будто и не было никаких проблем, непониманий и оскорблений.
— Ты меня бесишь, — он резко перестал веселиться и снова натянул на себя кусок льда.
— Ты меня тоже. Безумно.
И не нужно больше слов, чтобы понять, что мы не можем врознь. Это больше, чем милые признания, в наших фразах скрыто всё, что мы не можем сказать прямо.
На улице начинало темнеть, наступал вечер. Усталость брала верх. Завтра обязательно буду решать всё, но сейчас провожу Нолана и лягу отдыхать.
Смотря в его бездонные карие глаза, я не смогла вымолвить ни слова о своих планах.
Не прерывая зрительный контакт, Нолан взял мою прядь волос и нежно покрутил в руке, затем спрятал туда свой нос и прикрыл глаза.
Я непроизвольно сделала то же самое, растворяясь в этом интимном жесте.
Моих губ что-то коснулось. Что-то тёплое, мягкое.
Он поцеловал меня. Прижавшись к нему ближе, обернув руки вокруг его спины, я безудержно расслабилась и выдохнула ему в губы. Это был выдох наслаждения. Нолан усилил темп, прикасаясь и оттягивая мои губы поочерёдно. Тишину разрезал лишь звук громких поцелуев, которые возбуждали и манили провалиться в бездну, забыться в этом тленном плену мыслей. Его рука сменила место касания — теперь она накрыла сзади мою голову, пальцами гуляя по волосам и иногда массируя их.
Обволакивающее чувство свободы поселилось в сердце. Затуманенным взглядом я вела его за собой, а он шёл, не размыкая наших губ. Между ног уже нарастало желание, всё внутри меня горело: каждая клеточка тела хотела завладеть им.
Не нащупав выключатель на стене, мы прошли в мою спальню, остановившись у кровати. Было не слишком темно — шторы впускали немного света от окон других квартир, а уличные фонари добавляли синеватое свечение. Обстановка возбуждала, она была таинственна. Тусклый свет идеально сочетался с тем, что сейчас было в моих мыслях.
Он оторвался от меня, но только на мгновение.
— Предупреждаю, я не могу держать себя в руках. Сейчас я как никогда не способен себя контролировать. Так что, если тебе опять что-то взбредёт в голову, и ты меня выгонишь, я больше не буду в зоне доступности, — он говорил это хриплым голосом, часто сглатывая, чтобы выровнять дыхание.
— Ты мной манипулируешь.
Мне было плевать на это в данную секунду, но я всё равно произнесла это.
— Я знаю.
Он толкнул меня на мягкую кровать, и шёлк одеяла встретил меня своей приятной прохладой. Согнув ноги и поводив ими по простыне, я откинула голову назад, прикусив губу. Поднялась на локтях и наклонила вбок голову. Нолан примкнул ко мне сверху, проведя сильными руками по моим нежным и, обхватив мои запястья одной рукой, наклонился. Он кусал, а затем облизывал мою шею, вознаграждая за слегка грубые укусы. Проворачивал это несколько раз, пока я не увидела в глазах звёздочки.
Я уже занималась сексом со своим бывшим парнем из колледжа, но только сейчас я открыла для себя поистине приятный оргазм. Ранее я его симулировала, даже не подозревая об этом. Теперь даже не верится, насколько это может доставлять блаженство.
Нолан приподнял мою ногу и принялся проходиться дорожкой из поцелуев по внутренней стороне бедра. Затем он освободил меня от одежды и снял свою. Моё тело сразу же отозвалось волной мурашек, но с каждым разом Нолан возвращал мне всё тепло. Опустившись к груди, он взял в рот мой сосок, уже набухший от вожделения. Он крутил по нему горячим языком, прикусывал и тянул зубами, а затем сладко всасывал, накрывая губами.
Я растворялась в агонии чувств, жаркие вспышки стреляли во мне. Я чувствовала ток, его заряды пульсировали в моих ногах и голове. Разум полностью отключён, он тоже испытывает освобождение.
Моим ответом были лишь стоны. Сладкие, протяжные вздохи, которые я не могла контролировать. Нолан видел это и продолжал. Ему это льстило, он спешил доставить ещё большее удовольствие.
Закончив сверху, он потихоньку начал спускаться. Мои ноги задрожали, когда его язык коснулся моего влажного клитора. Я вздрогнула и выпустила свой самый звонкий стон. Теперь их было больше, ведь с каждым разом его рот делал что-то невозможное. Там всё пылало, хотело большего.