«Ну а кому они могут принадлежать, Ева?» — мысленно усмехаюсь. Спустя секунду вижу знакомый силуэт и лицо, скрытое объемным капюшоном. На коленях у Миши, конечно же, ютится компьютер, где на экране высвечивается миллион непонятных мне символов.
— Бу! — громко восклицаю я, и друг тут же дергается, выругавшись вслух. Я тихо прыскаю от смеха.
Подняв голову, он снимает капюшон, а следом и наушники, укоризненно смотря на меня.
— По-нормальному нельзя, Ев?
— Это чертовски скучно, Миш, — взъерошив его волосы, весело сообщаю я. — Опять прячешься тут, как крот? Пошли, выпьешь с нами.
— Ага, — безразлично бросает он, вновь уткнувшись в экран.
— А я гонку выиграла. — Продолжаю стоять у него над душой.
— Ага… — на автопилоте повторяет Миша, а затем замирает и поднимает на меня глаза, расплываясь в простодушной улыбке. — А… ой… Мои поздравления!
— Ты такой говнюк! — с наигранной обидой шиплю я и, наклонившись к нему, резко захлопываю ноутбук.
Тяжело вздохнув, Миша качает головой.
— Откуда ты мне на голову упала?! — с мольбой взвывает он.
— С неба, мой хороший. Из самого рая, — отшучиваюсь, а друг наконец с недовольным видом поднимается с земли, отряхивая свои штаны.
— Тебя из рая вышвырнули, моя хорошая, — не оставшись в долгу, парирует друг, на что я громко усмехаюсь.
— И правильно сделали. Мне, знаешь, на земле больше нравится.
— Пошли, давай, хулиганка!
Довольная тем, что вытащила друга из виртуального мира, протягиваю ему бутылку пива, слегка толкая в плечо.
— Я тебя тоже люблю.
Иногда кажется, что Миша — мой брат. Я отношусь к нему с большим теплом. Из всех ребят именно с ним у меня сложились довольно-таки близкие, дружеские отношения. Правда, Мишаня самый странный и замкнутый парень из всех, кого я знаю. Наиболее идеальная среда для него — это тихая пустая комната и компьютер.
После того, как Макс привел меня в их компанию, Миша был последним, кто заговорил со мной. Казалось, первое время он даже не замечал новой участницы. А теперь при каждой встрече я первым делом бегу к нему, чтобы пообщаться и лишний раз вывести на эмоции. Извините, но мне безумно нравится иногда бесить этого паренька — по-доброму, конечно же.
Передав пиво парням, открываю свою банку и делаю маленький глоток, смачивая горло. Не люблю это пить, но и выбирать не приходится. Я единственная девочка в компашке, поэтому уже давно привыкла к сигаретному дыму, бесконечным «черным» шуткам и пиву, которому они отдают предпочтение всегда, вместо всех остальных напитков, существующих на свете.
— За твою победу, Ева! — громко произносит Леша, поднимая руку с банкой пива. Мы все дружно чокаемся.
— Спасибо, ребят. Что завтра? — тут же спрашиваю я, хотя прекрасно понимаю, что второй такой гонки мой мотоцикл не выдержит. Обещала починить.
Ну вот почему ты такая, Ева?
Да потому, что готова в лепешку расшибиться, лишь бы заработать денег. Если я буду участвовать в заездах каждые выходные, то до конца сезона гонок смогу хорошо накопить, а если затянуть пояс потуже, то, возможно, получится отложить приличную сумму маме на операцию.
— Не, завтра пас, — отрезает Макс, потягивая пиво.
— Почему? — спрашивает Леша, неожиданно цокая. — А, блин, точняк! Так и че? Когда грабить-то идем?
— Заткнись, дебил! — грубо рявкает Макс. — У тебя че, мозгов нет?! — Бросив взгляд через плечо, он будто убеждается, что их никто не услышал. — Идем.
С непониманием оглядываю ребят и бросаю немой вопрос Мише: «О чем они?!», но он небрежно отмахивается, типа отвечая: «потом».
— Ты там уже был? — спрашивает Леша.
— По-твоему, я, блядь, собираюсь на дело, не изучив предварительно место?! — вскипает Макс.
— Бро, ты че на кипише? — с нервной усмешкой интересуется Леша. — Просто спросил.
— Был. Риелтор говорит, что дом уже два года как пустует. Жила там обеспеченная семейка. В доме полный фарш. Одна картина на стене стоит тысячи четыре долларов.