Я усмехнулся.
— Знаешь, Роман, мне не нужна правда из твоих уст. Я уже знаю достаточно.
Я нажал на курок.
Пуля попала точно в цель. В глазах Романа промелькнуло изумление, но он не успел ничего сказать. Его тело качнулось назад, пальцы разжались, и пистолет выпал на пол. Он медленно осел на колени. Губы дрогнули, словно он хотел сказать что-то последнее.
Я не дал ему этого шанса.
Второй выстрел.
Роман упал лицом вниз, и тишина накрыла комнату.
Я выдохнул, перевёл взгляд на Аврору. Она стояла в нескольких шагах, сжимая руки в кулаки, её глаза были широко раскрыты.
Я убрал пистолет и подошёл ближе.
— Теперь ты знаешь правду, — сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Пора рассказать тебе остальное.
Дом затих, но я не расслаблялся. Пахло порохом, гарью и кровью, а в воздухе висело напряжение, которое даже после перестрелки не собиралось рассеиваться.
Роман был мёртв. Его тело лежало на полу гостиной, пистолет валялся рядом с разжатой ладонью. Всё закончилось.
Я перевел взгляд на Аврору — она стояла рядом со мной, прижимая к себе пушистую морду Пети. Её глаза метались, щеки были пепельно-бледными, но она держалась. Петя, кажется, был единственным, кто ещё сохранял спокойствие — жмурился и урчал, как будто всё происходящее его не касалось.
Я почувствовал, как в груди что-то сжимается.
— Это конец? — тихо спросила она.
Я кивнул.
— Да.
Аврора сглотнула, её пальцы сильнее сжали кота.
— Ты хотел поговорить. О правде.
Я внимательно посмотрел на неё. Она всё ещё доверяла мне.
— Пойдём, — сказал я. — Здесь не место для разговоров.
Мы поднялись в мой кабинет. Я налил себе виски, но пить не стал. Она села в кресло напротив, осторожно отпустила Петра на колени, но он и не думал уходить.
— Говори, — её голос был твёрдым.
Я сел напротив и сделал глубокий вдох.
— Ты не просто случайная девушка, Аврора. Ты — ключ.
Она нахмурилась.
— Ключ? К чему?
— К прошлому. К войне, которая началась ещё до твоего рождения. — Я наклонился вперёд, сцепив пальцы. — Твой отец был не просто обычным человеком. Он владел информацией, которая могла бы изменить всё.
Она напряглась.
— Ты знал его?
Я кивнул.
— Твой отец работал с моим отцом. Они были… не просто партнёрами. Они вместе боролись против людей вроде Романа. они были друзьями. Меня он знал с рождения. Но однажды всё пошло не так.
Я видел, как её руки сжались в кулаки.
— Их убили?
— Да. — Я не стал смягчать правду. — Но перед этим они успели спрятать что-то важное. Что-то, что все эти годы искали многие.
— И что это?
Я покачал головой.
— Я не знаю. Но все уверены, что ключ к этому — ты.
Аврора нервно провела рукой по волосам.
— Я не понимаю… Если они что-то спрятали, то почему все думают, что я знаю, где это?
Я наклонился ближе.
— Потому что перед тем, как их убили, твой отец сказал: «Моя дочь знает».
Она резко вдохнула.
— Но я ничего не знаю! — её голос дрогнул. — Я была ребёнком…
— Я знаю, — тихо сказал я. — Но кто-то уверен, что подсознательно ты всё-таки хранишь эту информацию. Может, это что-то, что он тебе говорил, или что-то, что ты видела…
Она закрыла лицо руками.
— Это безумие…
Я встал и подошёл ближе, но не стал её трогать.
— Аврора, я защищу тебя. Что бы ни случилось, я не дам им тебя тронуть.
Она подняла на меня взгляд.
— Почему ты так стараешься?
Я молчал.
Почему?
Потому что мне нужно было защитить её.
Потому что она была важна.
Потому что...
— Потому что я не позволю, чтобы с тобой случилось то же, что с нашими родителями.
Она ещё немного посмотрела на меня, а потом кивнула.
— Ладно.
Я выдохнул.
Она приняла мою защиту.
И это значило больше, чем слова.
Глава 15 (Марк)
Следующие дни прошли на удивление спокойно. Мы с Авророй не обсуждали прошлое, но между нами повисло молчаливое понимание. Она не пыталась сбежать, а я не спешил её запирать. Кирилл был рядом, и его шутки разряжали обстановку, пока мы ждали новостей.
Аврора всё больше времени проводила со мной. Она заходила в кабинет, задавала вопросы, интересовалась тем, что происходит. Я ловил себя на том, что мне нравится её присутствие. Мне нравилось, как она фыркает на мои саркастичные ответы, как спорит, как улыбается, когда Петя делает что-то нелепое.
Она мне нравилась.
Слишком сильно.
Я это понял в тот момент, когда мы в очередной раз сидели в моем кабинете и обсуждали детство. Была глубокая ночь, я видела что она уже засыпает, но почему то не уходит в свою комнату. Я посмотрел прямо в ее бездонные глаза, она не отрывала взгляда от меня, раньше я не замечал ее какая она красивая, настоящая и заставляет мое сердце биться быстрее. Она настолько нежная, уязвимая, что хотелось ее обнять и ни когда не отпускать. Я хотел ее прижать к себе, целовать.