Комната вдруг стала слишком большой, а воздух – тяжёлым. Тишина давила на уши, заставляя моё воображение рисовать самые худшие сценарии.
Я знала, что Марк неуязвимым не был. Да, он сильный, да, он опытный, но я видела, сколько раз его жизнь висела на волоске. А теперь он уехал прямо в ловушку, о которой мы почти ничего не знаем.
Я стиснула пальцы на одеяле, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.
Почему я не настояла на том, чтобы поехать с ним? Почему позволила ему уйти одному?
Пульс бился в висках, мысли путались. Я закрыла глаза и попыталась дышать ровнее, но перед глазами вставали образы: Марк, истекающий кровью… Марк, окружённый врагами… Марк, который не возвращается.
Я вскочила с кровати, но боль тут же пронзила плечо. Чёрт. Я зашипела, едва удержавшись на ногах.
Не могу просто сидеть здесь.
Я начала ходить по комнате, нервно сжимая и разжимая кулаки. Прошло десять минут. Потом двадцать.
Телефон лежал на тумбочке, но я боялась позвонить. Боялась услышать тишину в ответ.
Где они? Почему так долго?
Наконец, я не выдержала.
Схватила телефон и набрала номер Марка. Один гудок. Второй. Третий.
Он не отвечает.
Грудь сжалась от ужаса.
Я попробовала ещё раз.
— Давай, Марк, подними трубку… — прошептала я, чувствуя, как паника начинает затапливать меня с головой.
Гудки продолжались.
И вдруг — короткие гудки отбоя.
Связь оборвана.
Внутри всё оборвалось.
Я знала, что это значит. Что-то пошло не так.
Глава 22 (Аврора)
Я замерла, вглядываясь в экран телефона, будто могла заставить его снова зазвонить. Но тишина была оглушающей. Короткие гудки отбоя резали слух, будто предвестники чего-то ужасного.
— Чёрт! — выдохнула я и, скрипнув зубами, бросила телефон на кровать.
Нет. Я не могла просто сидеть и ждать.
Осторожно, через боль, я натянула на себя первую попавшуюся кофту и штаны, понимая, что времени у меня мало. Если с Марком что-то случилось… если он в беде…
Я резко закрыла глаза и глубоко вдохнула. Паника мне не поможет. Нужно думать.
Я огляделась. Больничная палата казалась слишком тесной, а стерильный запах раздражал. За дверью дежурили охранники Марка, но я знала, что не могу терять время. Я подошла к шкафчику, где лежала моя сумка, нащупала в ней пистолет — на всякий случай.
Выскользнув за дверь, я старалась двигаться тихо. Если они не подняли тревогу, значит, пока не знают, что что-то пошло не так. Или… знали и молчали?
В коридоре было пусто. Я кралась к выходу, молясь, чтобы меня никто не остановил. На парковке стоял внедорожник — я видела, как один из людей Марка выходил из него ещё днём. Ключи могли быть внутри.
Мне повезло. Машина завелась с первого раза. Я не думала о последствиях — только о том, что нужно ехать. Дорога вела меня туда, где всё могло закончиться.
Когда я подъехала к домику на дереве, сердце колотилось где-то в горле. Всё было слишком тихо. Слишком… пусто.
Я вышла из машины, сжимая в руке оружие. По спине пробежал холодный пот. Каждый шаг давался с трудом, словно воздух здесь был гуще.
Дверь домика была приоткрыта. Я шагнула внутрь — и замерла.
На полу лежал Кир. Без движения. Кровь медленно растекалась по деревянным доскам. Я метнулась к нему, пытаясь нащупать пульс.
Он был слабым, но он был. Живой.
— Кир! — потрясла я его за плечо.
Он застонал, приоткрыл глаза. Лицо его было бледным, губы пересохли.
— Аврора…
— Где Марк? — сдавленным голосом спросила я, наклоняясь ближе.
Кир с трудом вздохнул.
— Его… утащили… вон туда…
Он едва кивнул в сторону старого склада за деревьями.
Я вскочила, сердце бешено колотилось.
Если они взяли Марка в плен, времени у меня оставалось мало.
Я проверила обойму пистолета, глубоко вдохнула и посмотрела на Кира.