— Моя любимая заучка. — прошелестел парень, наклоняясь к ее лицу и с более чем прозрачными намерениями пробираясь пальцами руки к сладкой сердцевине, скрытой пижамными шортами.
Девушка обняла своего любимого, с удовольствием отдаваясь его умопомрачительным ласкам. Через неопределенное время Гермиона громко закричала от оргазма, непроизвольно сжимая в руке член Драко. Тот зарычал волком и излился горячей струей.
Лежать в обнимку было очень уютно, однако…
— Пора вставать. — напомнил Драко.
— Да, нас ждут. — согласилась Гермиона. — Я очень рада, что ты будешь там со мной. Я не знаю, как выдержу это.
— Ты сильная. — Драко крепко сжал ее руки. — Ты выдержишь. И будешь опорой для них.
Гермиона смахнула набегающую слезу и встала с постели. Драко был прав — сегодня она должна стать опорой для тех, кого еще сама недавно считала таковыми для себя.
Через час они трансгрессировали к дому Уизли, чьи двери всегда были открыты для друзей и родственников. Здесь, несмотря на те же южные края, где находился Малфой-Мэнор, было пасмурно. Казалось, сама природа соболезнует семейству Уизли, и солнышко где-то грустит за хмурящимися облаками.
Первое, что увидела Гермиона, были окна, занавешенные черными полотнами ткани. Девушка тяжело сглотнула и крепче сжала руку Драко. Сделав несколько шагов, она увидела, что дверь открыта. Уизли всегда Уизли, особенно в этот день. Оказавшись в прихожей, они с Драко услышали негромкие голоса, доносившиеся отовсюду сразу. Из прихожей они попали в гостиную, где было несколько родственников. Они о чем-то переговаривались, посматривая на кухню. Гермионе и Драко они кивнули, но не прервали своего разговора. Ребята прошли на кухню, где увидели суетящуюся Молли и помогающую ей Флер. Гермиона еле сдержала слезы — миссис Уизли была сама не своя: посеревшее лицо, красные глаза, невнятные указания Флер. Та лишь отвечала «конечно, миссис Уизли», «да, миссис Уизли», но делала все по-своему. Молли же не обращала на это внимание, что крайне непривычно — она всегда на кухне распоряжалась сама и терпеть не могла чьего-либо вмешательства.
— Здравствуйте. — произнесла Гермиона, решив, что слова «добрый день» более чем неуместны.
— Гермиона, детка! — оторвалась миссис Уизли от помешивания чего-то.
Сквозь слезы она улыбнулась и шагнула к девушке. Та крепко обняла ее, и они обе заплакали. Флер лишь кивнула — она была без сомнения рада подруге, но дела на кухне сегодня все были на ней. Драко молча взирал на горе женщин. Он не любил Рона, презирал его семью, но это горе он прекрасно понимал и разделял.
— Спасибо, что пришла, Гермиона. — вытерла Молли глаза и перевела взгляд на Малфоя.
— Мы не были официально представлены друг другу. — слегка склонил он голову. — Но, пожалуйста, примите и мои соболезнования.
— Нет смысла в церемониях, Драко. Я прекрасно знаю, кто ты. Ты знаешь нас. Спасибо.
— А где… — начала Гермиона, но Молли ее перебила.
— Джинни и Гарри вас проводят…к остальным…а у меня тут…еще вот…
Гермиона перевела беспомощный взгляд на Флер, но та лишь качнула головой, указывая на Молли, а потом кивнула на дверь. Гермиона поняла все без слов и увела Драко. В гостиной они увидели Поттера, который общался с тетушкой Мюриэль. Увидев ребят, он бросился к ним. Отчаянно тряся руку Драко, другой он обнял подругу и зашептал.
— Спасите! Иначе хоронить сегодня будете двоих!
Драко фыркнул, Гермиона лишь понятливо улыбнулась и довольно громко спросила, где Джинни. Гарри поспешил ее проводить, но задержал Малфоя, сказав, что там ему сейчас не место. И уволок его через черный вход куда-то к сараю. Тот следовал за ним.
Оперевшись о деревянную стену, Мальчик-Который-Выжил несколько раз постучался затылком о нее, а потом сполз на землю и зарылся пальцами в волосы.
— Я не хочу туда идти. — негромко сказал он. — Я не смогу.
— Избранный боится полоумной старушенции? — хмыкнул слизеринец. Гарри остро посмотрел на однокурсника.
— Каково это хоронить лучшего друга, Малфой? — спросил он. — Как ты хоронил Крэбба?
Блондин резко нахмурился и отвернулся. Пронзительный взгляд зеленых глаз сверлил спину и не давал уйти от ответа.
— Нечего было хоронить. — буркнул он. — Винс сгорел в огне. На поминки я не пошел, отговорившись домашним арестом.
— Ты еще не был до такой степени ограничен. — напомнил ему Гарри.
— Знаю. — резко бросил Малфой, повернувшись лицом. — Намекаешь, что я — трус? Да. Да! — громко согласился Драко. — Да, я струсил и не пошел туда. Я не мог посмотреть в глаза его матери. Боялся увидеть вопрос в ее глазах: «Почему ты не спас Винса?». И еще больше боялся увидеть ответ: «Драко Малфой — предатель.» Они с Грегом всегда следовали за мной, выполняли мои приказания. Но в какой-то момент все пошло наперекосяк, и я не смог удержать их. Да, я чувствую свою вину в его смерти! Я виноват в том, что он свалился! Я не удержал его и спасал себя! Да, я предал нашу дружбу! Доволен? Это ты хотел услышать?
— Вообще-то нет. — покачал Гарри головой. — Я спрашивал совета. Как пережить похороны друга, брата любимой девушки. Он — мой лучший друг. Я как будто потерял руку. Как с этим справиться? Когда не стало Фреда, было горько, но не так. Как мне быть сегодня?
Из глаз парня скатились слезы. Мужчины не плачут, но только не когда хоронят родных.
— Вставай, Поттер, — произнес Малфой, — ты — светоч и надежда этого мира. Так было и будет всегда. И даже сегодня на тебя равняются. И ты понесешь это бремя, как было всегда. Разница лишь в том, что ты не один.
Драко протянул руку помочь Гарри подняться. Тот удивился, но без колебаний принял помощь. Еще с секунду они так постояли, а потом расслабили лица. Может, друзьями они и не станут, но врагами им уже не быть.
— Надеюсь, что и второго Волан-де-Морта не появится.
— Твоими стараниями, Поттер. — пропел Малфой.
— А вот и не только. — не согласился Гарри. — Благодаря твоим показаниям Сивого казнили. Остальных приспешников постепенно вылавливают. Вскоре, надеюсь, я закрою это дело и сдам в архив.
— Желаю удачи. — кивнул Драко.
— Спасибо. — улыбнулся Гарри в ответ.
— Вот вы где. — послышался голос Гермионы, которая с подозрением смотрела на ребят, выискивая следы побоев. — Пора начинать.
Ребята кивнули и пошли к дому. Входя, они увидели, как супруги Уизли палочками управляют гробом, в котором лежал Рон. Он неспешно проплывал между каждым из присудствуюших, и они присоединяли свои силы, чтобы облегчить ношу безутешных родителей, вынужденных хоронить своего сына. Так, процессия шла через задний двор к камню, под которым лежал Фред. В вырытую садовыми гномами яму люди опустили гроб и закрыли крышку.
— Я очень любила тебя, сынок, хоть ты и считал, что это не так. — еле проговорила миссис Уизли и бросила ком земли. Тот упал с глухим стуком.
— Я гордился твоим мужеством, отвагой и верной дружбой. — через силу произнес мистер Уизли, и новый ком упал вниз.
— Мне жаль, что я мало времени проводил с тобой. — поделился Билл и послал очередную горсть земли.
— Когда у нас в питомнике появится новый дракончик, я назову его Роном. — обещал Чарли.
— Ты всегда в наших сердцах. — высказалась Флер.
— Ты был одним из тех, кто спас меня, когда я была малышкой. Я всегда буду помнить это. — бросила чуть-чуть земли Габриэль Делакур.
— Я ненавидел покрывать твои выходки, всегда разрываясь между обязанностями старосты и братскими чувствами. — Перси вытер слезу рукой.