Девушка чувствовала нарастающее возбуждение, мурашки покрывали ее ноги, адреналин блуждал по спине. Но юноша никаких дальнейших поползновений не совершал. Через какое-то время Гермиона поняла, что пора заканчивать с этими ласками, иначе она…
— Драко, ты…
— Грейнджер, давай позже? — проскулил он. — Я сейчас не в состоянии отвечать на твои вопросы.
— Хорошо. Я вернусь, и мы поговорим, Драко. — сделал она ударение на его имени.
Тот лишь кивнул, поднимаясь с ее ног. И он даже не посмотрел на нее. Девушка встала, одернула юбку, запечатала на всякий случай коробку, подхватила ее и отправилась в Министерство. Сдать опасный предмет.
В Министерстве она написала рапорт, что неизвестный доставил какую-то посылку в Малфой-Мэнор. Он оставил ее у ворот и скрылся. О посылке сообщил эльф. К коробке никто не притрагивался, но для верности на нее были наложены запечатывающие чары. В Аврорате приняли рапорт и обещали начать работу по поиску посыльного.
Хоть законопослушной Гермионе не нравилось скрывать правду, она понимала, что так будет лучше. Малфою не нужны большие проблемы. Убедив себя в правильности своих решений, она отправила очередной отчет Кингсли и отправилась спать.
На следующий день Гермиона обновила свои знания о вервольфах, прочитав несколько книг и статей. История появления, привычки, быт, отношения с другими людьми и себе подобными, реакции на внешние раздражители. И особо внимательно девушка прочитала про Аконитовое зелье.
«Так вот зачем он тут появился.» — поняла она. — «У него кончились ингредиенты.»
Искренне пожалев своего сокурсника, она отправилась спать, размышляя, что она ему может предложить в качестве своей помощи.
Неудивительно, что мысли о Малфое вкупе с его действиями и ее желаниями переродились под утро в очередной горячий сон…
Она полулежала на диване и томно улыбалась нависающему над ней Драко. Он тепло ей улыбался, как тогда на приеме. Его взгляд был полон восхищения, а губы обещали блаженство. Девушка сделала глубокий вздох, коснувшись его грудью, что стало призывом к активным действиям. Юноша медленно склонил свою голову, гипнотизируя своими серыми глазами, в глубине которых мерцало золото. Гриффиндорка застонала, когда он захватил ее губы в ласковый плен. Высасывая ее душу, отдавая свою, он распалял ее желание. Пальцы скользили по контуру лица, спускаясь к шее, по ключице. Ладонь обхватывала грудь, сминая ее и лаская одновременно. Гермиона ахнула от неожиданности ощущений, и Малфой передвинул ладонь дальше, под блузку, лаская кожу второй груди, играя с ее навершием.
Ее руки тоже не бездействовали. Они гладили его спину, обхватывая мышцы, перекатывающиеся под рубашкой. Ей до зуда хотелось прикоснуться к коже, ощутить его жар, кожа к коже. Подрагивающими руками она начала расстегивать пуговицы. Драко оторвался от нее, чтобы помочь. Когда она распахнула полы одежды, то заскулила от представшего зрелища — плети мышц грудной клетки формировали его тело. Кубики пресса на плоском животе, уходящем тонкой ниточкой вниз под линию брюк. Все это богатство хотелось обнять сразу.
— Ты волшебно прекрасен! — Прохрипела она.
— Твое тело еще более совершенно. — не согласился он и, продолжая гипнотизировать мерцающим золотом глаз, постепенно обнажал ее. Когда последняя пуговичка была расстегнута, он положил ее руку на свой пах. Гермиона резко покраснела, почувствовав выпирающий внушительный холмик.
— Так я реагирую на твою красоту. — прижал он ее руку к себе, а затем с вожделением оголил ее торс.
Девушка почувствовала движение в своей ладони и негромко охнула.
— Чувствуй мое желание. — прошептал он и приник губами к ее сладкой груди, облизывая попеременно то одну, то вторую.
Он двигался по ее телу, в ее руке, и это распаляло. Девушке хотелось большего. Повинуясь природе тела, она раскрывалась для него, чтобы полностью ощутить его собою.
— Я хочу тебя целовать. Всю. — шептал он. — Знать твой вкус и твой запах.
Живот Гермионы подрагивал, когда он спускался поцелуями ниже. Ее рука вцепилась в обивку дивана, а другая — в его волосы. Стоны наслаждения срывались с ее губ, колени раскрылись еще больше, полностью оголяя бедра.
Малфой не преминул этим воспользоваться, целуя нежную горячую кожу. Проведя большим пальцем по ее центру, он надавил на небольшой холмик. У девушки задрожали ноги, и она вскрикнула. Парень носом провел по ее промежности, делая глубокий вздох.
— Ароматнее этого запаха нет ничего! — Чувственно произнес он и лизнул ее под трусиками. Девушка всхлипнула и чуть сжала ноги, отчего голова парня оказалась зажата в тисках. — Так и держи. — шепнул он и снова лизнул. Гермиона застонала. — Хочу видеть тебя. — проговорил он и ловко стянул с нее мокрый и уже ненужный кусочек кружева. — Волшебно! — произнес он и впился губами в ее плоть.
Руки Драко крепко держали ее бедра, губы целовали ее складочки, а язык слизывал ее желание. Гермиона стонала от удовольствия, извиваясь, желая получить больше удовольствия. Она приподняла голову, чтобы убедиться, что это действительно он доставляет ей такое наслаждение. Но за собранной на талии юбкой не было видно ничего, кроме его светловолосой макушки.
— О, Драко! — шептала она в исступлении, приподнимаясь попкой.
— Моя желанная девочка… — Рычал он, погружаясь в нее целым языком.
В какой-то миг Гермионе показалось, что вылизывающие движения изменились. Язык стал тверже, объемнее и длиннее. И ощущения стали полнее. Еще раз взглянув вниз, она увидела, что ее юбки не стало, и это давало возможность рассмотреть лицо Малфоя. Носом он водил по клитору, вдыхая запах ее вожделения, глаза были закрыты, но все лицо выражало крайнее удовольствие. Он выглядел, как кот, дорвавшийся до сливок. Развратность его действий завораживала, и Гермиона не могла отвести взгляд. Казалось, что парень почувствовал это и открыл глаза. Девушка ахнула. Его зрачки расширились, глаза полностью стали желтыми, а лицо постепенно вытягивалось. От аристократической внешности почти ничего не осталось. Звериная морда продолжала вылизывать, утробно рыча. Девушка дернулась от испуга, но крепкие руки продолжали удерживать и успокаивающе поглаживать. Глаза зверя закрылись, чтобы не смущать свою партнершу диким взором, а уплотнившийся язык задвигался чаще.
От бессилия гриффиндорка рухнула назад, крича в голос. А когда вновь посмотрела на своего мучителя, серые глаза слизеринца вновь смотрели на нее. Потерявшись в своих ощущениях, связь реального и нереального оборвалась, и девушка уже ничего не понимала, кроме того, что ей бесконечно приятно! Уже все равно, кто заставляет ее парить от блаженства, лишь бы это не заканчивалось.
Малфой что-то рыкнул, ускорившись, и Гермиона громко закричала от накатившего удовольствия.
— Моя девочка… — хрипел Драко, проводя шершавым языком напоследок, слизывая все до последней капли…
Гермиона проснулась и резко оторвалась от подушки. Приложив руку к груди, она пыталась выровнять дыхание. Ей было жарко. Между ног приятно саднило, и ощущения были самыми что ни на есть настоящими. Со стоном она обхватила голову и посмотрела на часы. До подъема еще полтора часа.