Прокручивая в голове содержание письма, он вспомнил, что Гермиона упоминала Малфоя.
«Я еле ноги унесла от горячо оберегаемого тобою подопечного!»
Что это белобрысый хорёк мог сделать с ней? Если бы он применил к Гермионе хотя бы жалящее заклинание, то Гарри бы узнал. Надзор не пропустил бы более сильные и опасные заклинания, хотя, помня о том, что ограничение записывает любое заклинание, применённое подопечным в специально отведённый свиток пергамента, это подтвердит, что Драко почти не пользуется магией, что весьма странно, учитывая его чистокровность и неспособность обслуживать себя самостоятельно. Хотя, всё могло измениться после депортации его семьи…
Гарри вскочил с места, кипя от гнева, не глядя запихал конверт с отчётом во внутренний карман мантии и, бросив горсть летучего пороха в камин, гаркнул название пункта назначения: «Малфой-Мэнор».
— Малфой! — свирепо проорал Гарри, стоя в полумраке Большой гостиной. — Где ты, чёртов слизеринец!
Ответа не последовало. Зарычав, Поттер прошёл по комнате, вышел в коридор. Снова послышалось многоголосное ворчание завешанных портретов, на что Гарри рыкнул: «Да заткнитесь вы» и быстро вышел в просторную тёмную залу.
— Что-то вы зачастили с проверками в мою скромною обитель. — Прозвучал тихий, вкрадчивый голос из глубины комнаты.
Гарри на мгновение замер и огляделся. В комнате была непроглядная темнота, лишь тонкие полоски щелей не плотно закрытых ставней на окнах определяли окружающее пространство.
— Малфой! Нам нужно поговорить! — натянутым голосом, едва сдерживая крайнее негодование, проговорил Гарри.
— Говори, я слушаю. — Ответил Драко по-прежнему скрытый тьмой комнаты.
— Я предпочитаю разговаривать с видимым мною собеседником, Малфой! Выходи! — Гарри достав палочку зажёг Люмос и попытался найти в темноте хозяина дома.
Драко сидел прямо на полу, опираясь о стену головой, уперев локти в колени.
— Рад за тебя, но мне и так неплохо. — не двигаясь с места, ответил Драко, заранее зная, зачем пожаловал его многоуважаемый куратор. — Ну давай, начинай, я жду.
Такая наглость взбесила Поттера ещё больше.
— Поднимайся, хорёк! Посмотри мне в глаза и ответь, по какому праву ты посмел её напугать?
Малфой не шелохнулся. Он по-прежнему сидел на ледяном полу и не отвечал.
— Я с кем разговариваю, Малфой? — Не успокаивался Поттер.
В особняке было настолько тихо, что посетитель без труда расслышал тихий ответ.
— По всей видимости, с хорьком, а я далеко не из семейства куньих. — Устало прошептал блондин.
— Слушай, Малфой, не ёрничай! Отвечай на мои вопросы, иначе будут последствия!
— Что, Поттер, власть почувствовал? Какова она на вкус? Скажи. Я сгораю от любопытства!
— Я сказал — отвечай на вопрос! Что ты наговорил Гермионе? Зачем, а главное как ты её напугал?!
Молчание.
— Я не потерплю такое отношение к близкому мне человеку, ясно тебе?!
— Тогда зачем ты её отправил ко мне? Если ты так её бережёшь, то какого драккла она припёрлась в Сочельник ко мне на порог в открытом летнем платье? — воскликнул Малфой, поднимаясь. — Она вся замёрзла, пока искала меня! Если ты так о ней беспокоишься почему же не предупредил о том, что ей там, куда ты её закидываешь, как минимум будет холодно!
Каждое слово Малфоя сильно резало совесть. Поттер и так корил себя за свой не очень-то обдуманный поступок, а тут ещё Малфой тыкает его носом в то же дерьмо! Не желая признавать правдивость и уместность слов бывшего слизеринца, Гарри поднял палочку, предостерегая:
— Малфой! Я тебя предупреждаю, прикуси язык пока не поздно, иначе…
— Иначе, иначе… Бла-бла-бла. — с издёвкой протянул Драко, подходя ближе к Поттеру. — Снова эти пустые угрозы и заезженные предупреждения.
Гарри опять открыл рот, чтобы предупредить Малфоя, но тот его перебил:
— Хочешь знать, что здесь произошло? — засовывая руки в карманы брюк, задал вопрос Малфой. — Всё до банальности просто: она пришла в мою комнату вся продрогшая. Согрелась, затем, она немного рассказала, как обстоят дела в школе, объяснила, почему ты скинул свои обязанности на неё. Потом я банально предложил ей выпить в честь праздника.
— И это всё? — удивился Гарри.
Малфой стрельнул в Поттера быстрым взглядом.
— Не совсем. — Уклончиво ответил Драко.
— Вероятно, ты упустил момент, когда она в страхе сбегает из этого пыльного логова.
Драко хмыкнул, не сводя взгляда с ненавистного Героя. Как же он был прав…
— Вероятно, да. Она убежала отсюда только потому, что я немного грубо её оборвал, когда она весьма дерзко стала тебя защищать, высказывая неприятные для меня вещи. — Пожал плечами Малфой.
— О… — озадачено и смущённо почесал затылок Гарри. — Ясно.
Драко прошёл дальше по залу, не особо заботясь о Поттере.
— Надеюсь, ты закончил свой допрос? А то я бы хотел принять ванну, — как бы между прочем кинул из-за плеча хозяин дома. — Согласись, было бы странно продолжать интервью в таком интимном месте.
Поттер, раскрыв рот от такой наглости, смотрел, как белокурая макушка исчезает в темноте. Глухой звук закрывающейся двери оповестил посетителя о полном завершении разговора.
***
Это был первый раз, когда его визит к Драко Малфою прошёл так оживлённо. Все его проверки сводились к монотонной и безликой констатации бытия: ел, спал, гулял, читал… Малфой, не желая вести более оживлённый и конструктивный разговор с бывшим ненавистным сокурсником, всячески избегал даже смотреть на него. Однажды, не поступившись своей наглостью, Драко, сидя в кресле у камина в своей комнате просто левитировал Поттеру лист пергамента с перечисленными по пунктам действиями, что произвёл между проверками за эти три недели.
Общение у них не клеилось, хоть Гарри и посещал подопечного уже длительный срок. Брекли наседал на своего стажера, требовал результат. По мнению руководства, посвящённого в детали дел, Поттер должен был разговорить Малфоя, так как тот представлял для Аврората ценность. По их мнению помилованный знал имена скрывающихся Пожирателей и места их нынешнего прибывания. К тому же, они подозревали, что он продолжал контактировать с некоторыми из них. Но всё это было лишь абсолютно бездоказательными домыслами.
Вернувшись в Министерство, Гарри сел за свой письменный стол, с облегчением понял, что ещё есть время перевести дух после напряжённого разговора с Малфоем. Вспомнив, что второй конверт остался не прочитанным, Гарри поспешно достал отчёт из внутреннего кармана мантии. Развернув его и пробежав глазами по строчкам, он удивлённо замер.
— Нет. Этого не может быть!
Вскочив с места, Поттер вылетел в коридор и быстрым шагом пошёл к лифту.
Поднявшись на нужный уровень, Гарри вышел из лифта и почти бегом припустил к кабинету Министра Магии. Поспешно войдя в приёмную, он притормозил у стола секретаря.
— Мисс Дженкинс, здравствуйте. Мистер Бруствер у себя? — стараясь не смотреть на помощницу, Поттер уставился на висящую позади неё эмблему министерства.
Элаиза Дженкинс была одной из тысячи воздыхательниц Героя Войны. Блондинка лет двадцати пяти с карими глазами была хороша собой, но Поттера она не интересовала. Всё это внимание его только раздражало. Так же как и до того, как закончилась война.