— Такое ощущение, что ты готовишь речь перед избранием на пост Министра Магии. — Буркнул Рон.
— Бороться за права надо всегда, вне зависимости от своего положения, работы и должности. — Немного пафосно произнесла Гермиона.
— Да-да. — вымученно согласился Рон. Он был готов согласиться с любыми словами, лишь бы это не привело к новой ссоре.
— Когда ты сможешь написать им?
— На днях. — Сглотнул парень.
— Давай я помогу тебе с текстом. — Тут же предложила девушка.
— Не надо! — поспешно ответил Рон. — В смысле я сам хочу написать. То есть я хочу это сделать для тебя, потому что тебе это важно… — на ходу придумывал он нужные слова, — Чтобы это было сюрпризом, и ты могла мной гордиться.
Гермиона оттаяла и улыбнулась. Слова звучали приятно.
— Спасибо, Рон, ты лучший!
Уизли улыбнулся, мучительно думая, как выкрутиться из данной передряги. Весь оставшийся день он все время думал, как написать это странное поручительство. Он был так погружен в свою проблему, что даже Джордж это заметил.
— Что случилось, Ронни? Ты какой-то задумчивый весь день.
— Гермиона задала мне задачку, не могу решить, с какой стороны подступиться.
— На это она мастер. — кивнул старший брат. — Что ей надо?
— Ей надо попасть в библиотеку Института Салемских Ведьм. Там есть какая-то книга, которую не только не выдают на руки, но еще и читать можно только если какой-нибудь чистокровный поручится.
— Ого! — присвистнул Джордж. — Замахнулась она, однако, на литературу… Так и в чем проблема?
— Мне надо написать такое поручительство, а я не знаю, как. А она ждет.
— Тоже мне проблема! — фыркнул брат. — Пусть сама и напишет, а ты перепишешь и подпишешь.
— И тогда она снова будет разочарована во мне. — вздохнул Рон. — А я не люблю, когда она злится на меня.
— Не надо было влюбляться в ту, которая умнее тебя. — Наставительно произнес Джордж.
— Да я не… это как-то само произошло… — Чуть покраснел он.
— Хм. — недоверчиво произнес брат. — Раз это важно вам обоим, спроси у того, кто наверняка писал такого рода письма.
— У Гарри? — Обрадовался Рон.
— Почему это у Гарри? — не понял брат. — Тебе же не сухой отчет нужен или сводки с полей. Тебе нужна официальная бумага министерского уровня.
— И что? К Кингсли идти? — Вздернул Рон брови.
— Почти. Только этот Кингсли сам к тебе ходит. Точнее сама. — И брат подмигнул хитро. Рон в изумлении молчал. — Элоиза Дженкинс! Она же секретарь у Министра. Она этих бумаг составляет пачками! И проверяет, и визирует. Попроси ее по дружбе. Не думаю, что она откажет.
— Гермиона ее не любит. — Поморщился Рон.
— Но ведь ей не обязательно знать, кто помогает тебе.
— Ну да… — Неохотно согласился Рон.
— Вот придет она завтра с очередными пирожками, устрой себе небольшой перерыв и попроси. Она будет в восторге.
— Да?
— Точно! Помочь Герою войны — кто ж не хочет!
— Ну ладно, если ты считаешь, что это хорошая идея…
— Считаю. Только ты не мямли. А скажи четко и сразу.
— Угу. — Ответил Рон, надеясь, что до Гермионы эта информация не дойдет.
***
— Как ты себя чувствуешь? — Спросила Гермиона у Драко, как только вышла из камина.
— Довольно сносно, учитывая обстоятельства.
— Какие именно?
Девушка была готова запоминать любую информацию, лишь бы это потом ей помогло.
— После оборота первые пару дней я очень слаб, я сплю. И пью укрепляющие зелья. Потом испытываю дикий голод — восстанавливаю энергию и силы. Все это время голос волка практически не слышен — он спит. В первую декаду после оборота он слаб и почти не подает признаков жизни. А я могу вспомнить, что значит быть волшебником, быть самим собой. Но ненадолго. Всего на пару дней. А затем он вновь напоминает о себе, выводит из себя, говорит о своем превосходстве, о своих инстинктах и желаниях. Как будто они наши. И это днем. Я чувствую себя сумасшедшим, когда разговариваю с ним. Ведь мы — одно и то же. От него невозможно избавиться ни днем, ни ночью. Первые месяцы я боялся спать — мне ужасные снились сны. О том, что я потерял разум, потерял контроль, что я истребил целые деревни, обратил других волшебников. Что я только не делал, чтобы не видеть этого и не слышать…
Слова лились сами собой — ведь больше он никому не мог об этом рассказать, поделиться своими проблемами. А Грейнджер его выслушивала. Она сочувствовала, а не жалела. Пальцы ее руки были переплетены с его, и иногда они сжимались, поддерживая и помогая произносить вслух то, о чем он молчал весь прошедший год.
— … я стал пить любой алкоголь, у нас его много раньше хранилось в подземелье. Много было выпито в год, когда Темный Лорд жил тут, а потом много употреблял я. Чтобы не стать зависимым от зелья без снов. Удивляюсь, как я не покончил с собой в первые полгода такой жизни…
— А я удивляюсь, как это Гарри не заметил, что тебе плохо. — Сердито произнесла Гермиона.
— Во-первых, он не хотел. А во-вторых, у него и других забот полно.
— Что может быть важнее рабочих обязанностей!
— Сказала Грейнджер. — Фыркнул Драко, и девушка улыбнулась.
— Ты справишься, я уверена. — мягко улыбнулась она. — Я буду помогать.
— Варить Аконитовое зелье?
— Если надо, то да.
— Гриффиндорство у тебя в крови. — Произнес парень и провел пальцами по ее приоткрытым губам.
Гермиона затаила дыхание, но усилием воли заставила себя отстраниться, напоминая себе, что у нее уже есть парень.
— До встречи, Драко. — быстро проговорила она, уходя в камин. — Увидимся через неделю.
И, не дожидаясь ответа, она исчезла. Парень лишь сокрушенно склонил голову и побрел прочь. Она опять ушла. Что ж, оборотень не пара даже грязнокровке…
***
А в это же время, пока Гермиона разговаривала с Малфоем, Рон решил попытать счастья с мисс Дженкинс и выведать у нее тайны составления заявления о поручительстве.
— Мисс Дженкинс! — улыбнулся он, когда та подошла к кассе, выбрав очередную вредилку. — Вы как всегда точны. Мы рады таким покупателям.
— Ах, Рон, Вы мне льстите. — немного жеманно отмахнулась она. — Сколько раз я просила называть меня Элли.
— Если Вы мне поможете с одной проблемой, то с удовольствием. — Улыбнулся он, перейдя на заговорщицкий шепот.
— О, я буду только рада! — воскликнула она. — Где и когда мы сможем поговорить?
— Да хоть сейчас. — ответил Рон, видя, что брат ему подмигнул и занялся своими обязанностями. — Тут за углом есть небольшое кафе, там вкусный чай.
— Мерлин мой! — щебетала женщина, беря под руку своего кавалера. — Я могу помочь Герою Войны! Мне никто не поверит!
— Скорее это Вы мне окажете неоценимую услугу. — разводил политес Рон, помогая своей спутнице сесть за стол.
— Итак, чем могу помочь? — С воодушевлением уставилась женщина на Рона.
— Элоиза, Вы ведь знаете все об официальных бумагах…
— Ну конечно! При моей-то должности! — Всплеснула она руками.
— Вы не могли бы помочь мне составить одну такую? Она мне очень нужна!