— Ну, конечно, я помогу! О чем речь! Какого рода письмо Вам нужно?
— Поручительство. В библиотеку Института Салемских Ведьм нужно отправить поручительство, что данному человеку можно доверить книгу.
— И все? — Удивилась женщина.
— И все. — Подтвердил Рон.
— А почему Вы сами не можете? Впрочем, о чем это я, Вам же некогда! У Вас столько дел!
— Да нет, — покраснел Уизли, — Просто я не умею составлять такие бумаги. Мне очень надо, а я боюсь ошибиться.
— Не беспокойтесь! — отмахнулась мисс Дженкинс, — Я все напишу! И даже на министерском бланке! Только обещайте, что не выдадите меня. — Наклонилась она через стол и прошептала последнюю фразу.
— Торжественно клянусь! — Весело произнес Рон.
— А за кого Вы поручаетесь? — Стрельнула она глазами.
— За мою невесту, Гермиону Грейнджер. — ответил парень. — Она мечтает туда попасть, там есть какая-то ценная книга… я не очень в этом разбираюсь.
Элоиза, услышав про невесту, чуть не задохнулась от возмущения. Как невеста! Они же не объявляли об этом! Такую бы новость она бы точно не пропустила мимо ушей! Уже почти не слушая своего собеседника, женщина лишь молча кивала и придумывала, как отомстить им.
— Я пойду. — Резко встала она.
— Куда? — Удивился Рон.
— Писать поручительство.
— Ааа, ну если так… — встал парень — Спасибо Вам, Элли, большое, Вы очень выручили меня.
Рон тепло улыбнулся, а Элоиза, приклеив дружелюбную улыбку, пошла прочь. Дома в приступе гнева она изорвала несколько пергаментов и уставилась на стену. Там висели огромные колдоплакаты Героев. Они махали руками и улыбались. Два из них было перечеркнуто.
— Ненавижу! — зло шипела она. — Ненавижу тебя! Один мне не достался из-за его рыжей подружки. Так еще и второго уводят из-под носа, и кто? Какая-то грязнокровка?! Не бывать этому! Рон будет моим! Он — мой! Иначе все пожалеют! А вам всем придется мириться с моим постоянным присутствием в вашей жизни! А твоей рыжей, — уставилась она на картину с Поттером, — придется терпеть меня каждый воскресный ланч! — она подошла к изображению Рона и начала целовать его. — Ты — самый лучший! И достоин лучшей женщины! Она не понимает тебя! Никогда не понимала! И не поймет! Рядом с тобой должна быть та, кто будет поддерживать тебя! Кто будет говорить о своей любви, восхищаться тобой! — она любовно обводила черты его лица. — Мы будем вместе! Клянусь самой Морганой и прабабкой-вейлой, ты уйдешь от этой выскочки!
Элоиза смачно поцеловала колдографию в губы и отправилась спать. Никакого запроса она и не собиралась посылать.
***
Всю следующую неделю Гермиона судорожно ждала письма из библиотеки Института Ведьм. В понедельник под вечер Рон прислал сову с известием, что он отправил запрос, и Гермиона чуть не запрыгала от радости. Написав в ответ большое письмо с благодарностями и объяснениями в любви, она принялась ждать, все время поглядывая в окно, не летит ли к ней сова. Но горизонт был чист. В пятницу девушка уже дергалась, и слова Рона «мало ли сколько им надо времени проверить все» ее не успокаивали. Наоборот, ей казалось, что если столько времени проверяют, то допуск ей не дадут, даже не взирая на статус Героини Войны, которым она не любила козырять. Гермиона так надеялась, что в течение недели она попадет в ту библиотеку, и к очередной встрече с Малфоем она будет владеть хоть какой-то информацией… А теперь ей придется смотреть на него, на его страдания и сгорать со стыда, что она ничего не делает. Но не прийти — сделать только хуже.
Субботнее свидание с Роном прошло каким-то никаким. Каждый был в своих проблемах.
— Ты уверен, что письмо дошло? — Спрашивала его девушка.
— Конечно! Его же министерская сова отправляла, на соответствующем бланке. — Повторил то, что сказала ему Элоиза в понедельник.
— А вдруг сова не долетела? Ведь через океан летит…
— И что? — удивился рыжий.
— Устала, утонула, ее склевали… — Начала девушка предполагать худшее.
— Гермиона, — положил Рон руку на ее предплечье, — Это министерская сова. Их специально тренируют и натаскивают. Уверяю тебя, того, что ты перечислила, с ними не может приключиться.
— А-а-а… — Начала она, но была перебита.
— Бьюсь об заклад, что на следующей неделе прилетит твое разрешение. Если нет, то я пошлю новое. Сам. Лично.
— А это кто послал? — удивилась Гермиона. Рон слегка покраснел.
— Ну, я же не ходил в совятню. Просто отдал письмо.
— А, ну да. — Снова упало настроение шатенки.
— Не расстраивайся, закончишь ты свою работу. Неделей раньше, неделей позже, не важно. Гермиона лишь покивала — не могла же она сказать, что каждая новая неделя причиняет Малфою все большую боль…
Появившись у него в камине, она даже рта не успела раскрыть, как раздраженный голос хозяина ее перебил.
— Да не смотри ты на меня, как на… хм, в общем, не важно. Мне было проще, когда ты не знала, кто я.
— Я хочу тебе помочь!
— Чем? Будешь вместе со мной выть на Луну?
— Если тебе это поможет. — На полном серьезе кивнула девушка.
— Грейнджер, каких зелий ты нанюхалась?
— Разных. — Огрызнулась она.
— И куда только Слизнорт смотрит. — Буркнул Малфой.
— Главное, чтобы не смотрел, куда не надо. — Произнесла Гермиона.
— Гермиона, ты варишь что-то незаконное? — Весело поддел ее Драко.
— Пока нет, но там посмотрим. — Пожала она плечами, не смотря на хозяина.
— Во что ты ввязалась? — Резко развернул ее за плечи к себе Драко.
— Малфой, пусти! — Повысила она голос.
— Нет, пока не скажешь. — Осадил он ее.
— Мне больно. — Предупредила она.
— Сделаю еще больнее, если ты не признаешься. Сейчас мне сломать тебе плечи ничего не стоит. — И как подтверждение своих слов, он чуть напряг пальцы. Гермиона испугалась и быстро выдохнула.
— Хочу найти средство от Ликантропии.
— Чего? — удивлению Малфоя не было предела, он аж отпустил ее руки. Конечно, причинять ей вред не было в его планах.
— Я хочу вновь сделать тебя обычным чистокровным мерзавцем. — Спокойно произнесла Гермиона, твердо глядя в глаза.
— Тебе делать нечего?
— Но это важно!
— Грейнджер, а тебе не кажется, что ты не единственная, кто этим пытался заняться? Веками волшебники искали противоядие и не находили! Ты считаешь, что тебе повезет?
— Всегда находится тот, кто делает прорыв в науке. Так почему бы мне не оказаться этим человеком? Чем я хуже других?
— Не знаю, может тем, что ты не гений? — Злился Малфой.
— Необязательно быть гением, чтобы что-то придумать. Можно, изучив старое, что-то найти новое, о чем до меня никто и не подумал.
— Это Снегг-то не подумал?! — взревел Драко, встав на защиту своего крестного, который в последние недели своей жизни особенно занимался этой проблемой.
— Ага, то есть профессор искал такое средство? — Зажглись глаза Гермионы.
— Естественно. — отвел Малфой глаза. — Просто…
— Просто у него не хватило времени. Я понимаю.
— Вот и займись чем-нибудь еще. — Огрызнулся блондин.
— Я ни за что не поверю, что профессор не оставил после себя никаких записей или дневников. Тот его учебник не мог оказаться единственным. Должно быть что-то еще.
— Нет ничего. — Грубо оборвал ее Драко.
— Вы не правы, мистер Малфой. — Послышался голос из коридора.
Гермиона вздрогнула и резко обернулась, ожидая, что наименее любимый из профессоров Хогвартса сейчас летучей мышью влетит в комнату. Однако, было пусто.