Странно сказать, но с каждым шагом, приближавшим конец этой истории, я всё сильнее боялась отдать свою магию тому, кого ненавижу больше всего на свете! Благодаря его отцу я не знаю своей матери. Их воины напали на карету близ границы, и ее не стало так быстро, что я не успела даже понять, каково это, когда тебя любят, не прививая тихий гнев в груди. Я точно знала, что рука не дрогнет, как только я подойду так же близко, как его отец — когда-то к моей семье. Моя цель — заколоть короля Камены, возвращая плату за трагедию, свершившуюся восемнадцать лет назад.
Глухая ненависть, взращиваемая моими дядей и отцом к каменцам, теплилась так долго, что стала привычной, и каждый раз, когда меня одолевали сомнения, я как мантру повторяла слова о том, что́ они сделали с моей семьей. Это поднимало во мне злобу и решимость довести миссию до конца. Никто из присутствующих не был в курсе настоящего положения дел. Но они очень удивились, когда король Рейка согласился отдать свою дочь в закрытое государство тому, с кем пару десятков лет назад гремела война. Благо что этих людей было немного.
Я росла в уединении и не была представлена обществу. Вместо семьи в моем распоряжении была целая рота доверенных людей, которые сейчас присутствовали здесь: наставница, служанки, охрана. Кроме них у меня есть сестра-близнец — Эрена. Конечно, между нами есть различия: немного другой нос, губы, но в целом мы с ней практически копии друг друга. Сначала я не знала даже о том, что у меня есть сестра, но потом окружающие стали проговариваться, а я начала задавать вопросы отцу. Когда мне было девять, он рассказал мне о том, что я должна послужить короне и своей семье. Меня растили с мыслью о кровном долге.
И вот она, дальновидность моего отца — всё случилось именно так, как он и предсказывал, ведь о нашей магии ходили легенды.
Я обернулась, дойдя до арки, переходящей в другие помещения, и угрюмо взглянув на Бриту Тонс, которая вещала о «достоянии времен», решила, что мое присутствие сейчас необязательно. Я двинулась вглубь разрушенных залов, стараясь не тревожить место и чужие уши громкими звуками.
Небо сегодня выдалось хмурое, с густыми тяжелыми облаками, которые нависали свинцовыми сводами, обещая вот-вот излиться нещадным дождем, но наш проводник уверял, что к замку Галиона мы доедем до темноты, а до того юные прелестницы успеют прослушать экскурсию.
— Прелестницы, — я скривилась и передразнила мужчину, который искренне хотел довезти нас самой короткой дорогой по ухабам и сломанным переправам.
Пожалуй, я совру, если скажу, что не думала о том, чтобы малодушно заблудиться в лесу, но… Отец и дядя впали бы в бешенство. За мной послали бы стражей, псов и магов. И, скорее всего, нашли бы. Но мысль была такой приятной, что на долю мгновения я почувствовала себя свободной. Груз обязательств лежал на мне каменным ошейником, периодически душа напоминаниями о долге перед семьей и королевством. На этой мысли мне захотелось что-нибудь сломать, поступить безрассудно! Сделать всё наоборот! Чтоб оно всё!.. Чтоб они все!..
Мне всегда повторяли, что я более решительна и горяча, нежели моя сестра-близнец. В какой-то степени я не понимала, почему судьба распорядилась именно так. Меня растили как убийцу под прикрытием звания принцессы, где последняя роль была просто ширмой, ведь делать реверансы и использовать двенадцать столовых приборов за ужином в глуши просто не для кого. Но по правилам я была обязана знать и эту сторону жизни, дарованную королевской кровью по праву.
— Красиво здесь! — услышала я голоса своего телохранителя и помощницы.
Они шли, не сильно скрываясь, и я заметалась в поисках укрытия. Мне хотелось побыть без них. Я протиснулась между двумя огромными блоками, которые когда-то были цельной стеной башни, и притаилась. Ави шел неторопливым шагом вместе с Исеттой, осматривая площадь, и крутил головой, рассматривая величественные стены. Полчаса назад мисс Тонс сообщила мне прекраснейшую новость о том, что брачные традиции будут опущены и процедура венчания пройдет на месяц раньше чем полагается, то есть через две недели после приезда. Я была в ужасе. Мне хотелось побыть одной и уж точно не расшаркиваться сейчас ни с кем и тем более объяснять свои действия. Может, действительно сбежать?