То ли удивление, то ли спокойствие, то ли… удовольствие от того, что он рядом.
Я осторожно, медленно провела пальцами по его груди.
Тепло.
Я чувствовала, как его сердце бьётся под моей ладонью — ровно, сильно, уверенно.
И мне не хотелось двигаться, будить его.
Но вскоре его грудь дрогнула, мышцы под кожей напряглись, и я поняла — он просыпается.
Я хотела убрать руку, но вдруг почувствовала, как его пальцы сжимают мою талию.
Не сильно. Не требовательно. Но намеренно.
— Угу… — он потянулся, издав этот низкий, утренний звук, который заставил меня вздрогнуть всем телом.
А потом он открыл глаза. Тёмные, глубокие, всё ещё чуть затуманенные после сна.
Я не отвела взгляда, и он тоже не отводил.
Его пальцы остались на моей талии.
Он не спешил отстраняться. А я… Я тоже не спешила.
— Ты хорошая женщина, — его голос был хриплым, ленивым.
— С чего ты взял? — я всё ещё не двигалась, только чувствовала, как его пальцы медленно скользят по коже.
Вместо ответа он поцеловал меня. Медленно, нежно.
Тепло.
Но мне опять захотелось большего, и я углубила поцелуй.
Орк заметил это. Его ладонь скользнула по моим бедрам, сжимая их.
Я потянулась к нему ближе.
И вдруг он отстранился.
Резко.
Как будто осознал что-то.
— Не сейчас, — его голос стал грубее.
Я разочарованно застонала.
Он улыбнулся и погладил моё плечо.
— Сегодня ты окончательно станешь моей.
7
— Что?
— Сегодня собрание племени, — сказал он спокойно. — Сегодня ты получишь мою метку.
Меня пробрала дрожь. Не холодная, ее пугающая.
Но какая-то нервная.
Я вспомнила, что он говорил что-то подобное раньше.
Метка.
Символ того, что я принадлежу ему?
— А если я не хочу принадлежать тебе? — я приподнялась, уперевшись ладонями в его грудь.
— Не хочешь? — он прищурился, на его губах заиграла улыбка.
А потом он резко перевернулся так, что я оказалась под ним.
— Ты уже принадлежишь, маленькая, — его голос был глухим, тёплым.
Я смотрела в его глаза, чувствовала его тяжёлое тело над собой, ощущала его дыхание.
И…
Я не хотела, чтобы он уходил.
— Не уходи, — сказала я вдруг.
Он поднял бровь, но я не дала ему времени на ответ.
Уперлась руками в грудь, мягко толкнула, чтобы он лег на спину, перекинула ногу, усаживаясь сверху и положила руки ему на плечи.
— Останься, — я наклонилась ближе, проведя кончиком носа по его щеке.
Его руки сразу легли на мои бёдра, сжали их жадно, крепко.
— Нетерпеливая моя, — его голос стал ниже.
— Нетерпеливая… — я чуть провела губами по его шее, чувствуя, как его дыхание сбивается.
Он шумно выдохнул, потом глухо рассмеялся и резко прижал меня к себе.
— Скоро, — пообещал он, проводя пальцем по моим губам.
Я глубоко вдохнула, поймала губами его палец и сжала.
А он просто улыбнулся, так, как улыбается хищник, когда знает, что добыча уже в его лапах.
Орк всё же начал вставать, резко поднялся, сбросив с себя шкуры, и я невольно залюбовалась. Как его мышцы перекатываются под кожей, как сильные руки двигаются уверенно, как его спина напрягается, когда он натягивает штаны.
И вдруг мне показалось несправедливым, что он так просто уходит.
А я остаюсь лежать в тёплых, пахнущих им шкурах.
Нагота совсем не смущала.
Наоборот.
Я вытянулась, лениво повернулась на бок, оперлась на локоть и соблазнительно прикусила губу.
— Уверен, что хочешь уйти? — голос получился сонным, тёплым.
Орк замер, застёгивая ремень.
Я видела, как едва заметно дёрнулась жилка на шее.
Он медленно повернул голову, и его взгляд сразу же заскользил по моему телу.
Я заметила, как потемнели его глаза, как он прикусил щёку изнутри, будто сдерживаясь.
Я специально провела пальцами по своему бедру, медленно вырисовывая узоры на коже, которая моментально покрылась мурашками.
Он выдохнул и резко развернулся ко мне.
— Женщина, — в голосе было предупреждение.
— Да? — я невинно улыбнулась.
— Не играй с огнём.
— А если я полюбила огонь?
Он глухо рассмеялся.
Тем самым опасным, низким смехом, от которого у меня дрогнули колени, хоть я и лежала.
— Полюбила?
Я пожала плечами, медленно скользнула ладонью по животу, выше, к груди.
— Возможно.
Орк напрягся ещё сильнее, сделал шаг ко мне.
А потом резко остановился.
— Будь готова, — его голос прозвучал глухо, серьезно.
— К чему?
Он ухмыльнулся, провёл языком по клыку.