Просто натянул одежду, подошёл к двери…
И запер её.
Я подскочила.
— Эй!
— Не выдумывай, — его голос звучал приглушенно из-за двери. — Это для твоей же безопасности.
Я стиснула кулаки.
— Ты не имеешь права…!
Кажется, он ухмыльнулся.
— Я имею всё, что захочу.
Тяжелые шаги начали отдаляться.
Тишина.
Я схватила ближайший предмет — и с силой запустила в дверь.
Удар. Но орка уже не было.
***
Сначала я злилась.
Ходила по комнате, мерила шагами пространство, проверяла окна и двери.
Конечно, заперто, не выбраться. Я была как в клетке, большой, грубой клетке.
Глупый зверь.
Глупая я.
Я швырнула какую-то шкуру в угол, раздражённо взъерошила волосы.
Но потом…
Раздражение превратилось в скуку.
Я села. Встала. Снова села.
Потом начала осматриваться. Грубый деревянный стол, полки с оружием, тяжелые шкуры, наброшенные поверх кровати, массивный очаг в углу, где ещё тлели угли.
Здесь не было уюта, не было тепла.
Просто… логово зверя.
Я повела плечами.
В груди шевельнулось странное чувство. Мне нестерпимо захотелось что-то сделать.
Изменить.
Но зачем? Зачем мне вообще думать об этом? Зачем мне хотелось… здесь хозяйничать?
Я стиснула зубы. Нет, я не останусь здесь, я обязательно уйду отсюда.
Но пока…
Я подошла к очагу и наклонилась, вороша угли.
Пока он не вернулся — я могла хотя бы развести огонь.
Огонь в очаге разгорался медленно, лениво, словно и сам не хотел просыпаться в этом угрюмом жилище. Я подбросила несколько поленьев, наблюдая, как языки пламени жадно лижут древесину, и тепло постепенно разливается по комнате.
Грубый, неуютный дом. В нём было всё, что нужно для жизни, но ничего — для комфорта.
Я огляделась.
Полки, тяжелые, дубовые, вбитые прямо в стены. На одной — оружие: топоры, длинные ножи, какие-то лезвия странной формы. На другой — вещи: сложенная одежда, свёртки из плотной ткани. И только на третьей — кое-что по-настоящему интересное.
Я подошла ближе и прищурилась.
Глиняные горшки. Деревянные миски. Узкие бутылки из толстого стекла, в которых плескалась мутноватая жидкость.
А вот и еда.
Сушёное мясо. Коренья. Пучки каких-то трав, подвешенные к потолку. Пара крупных горшков с чем-то, что выглядело как мука или крупа.
Не бог весть что, но уже лучше, чем ничего.
Я подняла крышку с одного из горшков, осторожно понюхала. Соленья? Да, похоже на то.
Где-то в глубине груди шевельнулось что-то странное.
Я оглянулась на стол.
Шероховатая древесина, тёмные следы от ножа. Я ясно представила, как орк сидит здесь, ест, рассеянно поглаживая пальцами край деревянной миски.
Один.
Я нахмурилась, зачем мне вообще об этом думать?
Я должна была искать способ сбежать, должна была сидеть и ждать удобного момента.
Но вместо этого… Сейчас мне хотелось приготовить ему еду.
От одной этой мысли внутри разлилось непонятное тепло.
Может, я просто хотела чем-то заняться? Может, мне просто было скучно?
Да, так и есть. Просто скучно.
Я обвела взглядом запасы, потом снова посмотрела на очаг.
Ладно.
Раз он считает себя моим похитителем, раз думает, что может запирать меня в этом доме, пусть хоть узнает, как готовит его пленница.
Я закатала рукава.
Пусть он сам потом решает, в награду это… или в наказание.
4
Сначала я разобрала продукты, чтобы определить, что можно использовать.
Сушёное мясо оказалось неплохим, хоть и слишком солёным. Его стоило вымочить. Крупа в одном из кувшинов походила на что-то вроде риса или пшена — вполне подойдёт. Коренья и травы пришлось разбирать дольше: что-то мне было знакомо, а что-то я впервые видела в жизни.
Пару раз я с опаской нюхала странные листья, но они пахли приятно — чуть терпко, пряно. Наверное, их можно использовать.
Я набрала воды в грубый металлический котёл, поставила на огонь. Пока она грелась, занялась мясом. Нарезала тонкими ломтями, сложила в миску с водой. Потом высыпала крупу в кипяток и принялась помешивать, вдыхая поднимающийся пар.
Дом наполнился запахами.
Другими. Не звериными, не пыльными, не холодными.
Запахами дома.
Я незаметно для себя я улыбнулась.
Когда в последний раз я чувствовала себя вот так? Так спокойно? Так… правильно?
Но я отогнала от себя эту мысль.
Нет.
Я не должна к этому привыкать, и не должна забывать, где нахожусь. Я пленница, а не хозяйка. Игрушка в руках зверя.
Но всё же, когда каша была почти готова, я нарезала коренья, добавила в неё, приправила солью, щепоткой сушёных трав.