Следом вышел я. Мудрить и выпендриваться не стал, сделав так, как запланировал… ну, почти. Присел, трансмутировал кусок каменного пола в метеоритную сталь, кусок которой как–то нарыл в гнезде монстра по оказии и проанализировал, крепко забив строение в память. Сформировав получившееся в хороший прямой клинок, несколько раз стукнул им по полу, чтобы было ясно, что это не иллюзия, после чего преобразовал его же в красную жидкость, напоминающую кровь (просто переходный материал, вроде жидкой стали, только без поднятия температуры), а та, выливаясь мне на вторую руку, формировала красивую розовую розу. Нет, не живую, на такое я не способен. Хрустальную, с максимальным сохранением цветов. И эту розу подарил Ситри. Не, ну а что? Симпатичная девушка, а все какая–то грустная. Мне не сложно, а ей приятно. И хрен с ним, что лич, скорее всего, старый, смущается вполне по живому. Как бы Аня бухтеть не начала… Хотя похер. Одной девушкой я в любом случае не ограничусь, посему вряд ли женюсь когда–либо, и моей рыжей кисе придется это принять.
Лина же у нас оказалась лекарем. Причем очень сильным лекарем. Проверка лечащих способностей проводилась на клоне, полностью копирующем человеческое тело. Как я узнал от Ситри, пока Лина работала, такие клоны широко используются в спорте.
Еще одно доказательство, что магия — это бомба, а техномагия — бомба ядерная. Эти клоны — продукт именно техномагический. Сами по себе сознания не имеют вообще, но, благодаря разработкам ученых, стало возможно делать их марионетками своего сознания. Говорят, ощущаешь себя, будто ты хозяин этого тела. Живут такие клоны недолго, год–два, если их не трогать, но с нынешним спортом жизнь их бывает крайне коротка. Благо, вырастить новый дешево и быстро. Активно используются в хэллболе и турнирах магов. Как оказалось, турниры эти — насмерть. И именно благодаря таким вот тушкам «насмерть» — это не совсем до смерти разумного. При смерти клона сознание просто возвращается в реальное тело.
В этот момент я остро пожалел, что не поинтересовался нынешними спортивными состязаниями. Если так все так, как представляю, то… то хочу! Срочно! Прямо сейчас!
Так, все, успокоиться. Дома у Ани спрошу, что это за зверь такой, хэллбол, а пока надо сконцентрироваться на окружении, тем более Лина уже закончила.
Решил посмотреть на способности боевиков… Молния, поток огня, плевок воды, огненный шар, ледяное копье, темные пули, вспышка…. Короче, на десятом я уже зевал. Может, что–нибудь интересное там и предстоит, но из этого десятка только цепная молния повеселила, когда не только мишень бахнула, а еще в экзаменатора прилетела, прожарив того до печенок. Каким тот матом крыл новичка, любо–дорого слушать было.
Девчонки, пока мы ждали «боевиков» предложили после этого всего смотаться куда–нибудь в кафешку посидеть. Я‑то бы и рад, отношения налаживать надо, да вот только пауки припрутся вечером с очень ценным грузом, а встречать их некому. Естественно, девчонкам о подробностях знать не надо, поэтому пришлось откреститься мифическими «делами». Те показательно надулись, но ненадолго. Короче, вроде, поладили.
Третьим экзаменом был тест. Его я написал ровно за пять минут, из которых две доставал и убирал ручку. Ничего гениального, просто любой ребенок, даже просто у кого родители были магами, при этом книг и в глаза не видел, все равно бы ответил. Повторюсь, при поступлении поддержку не валят.
Радовало только то, что в этот раз «вояк» ждать не пришлось. Девчонки написали довольно быстро, после чего Ситри за десять минут все проверила и мы приступили к последнему пункту — девайсы.
Вообще, девайсы — это самый непредсказуемый момент в магии. Логика там сосет, по другому не скажешь. Нет там ее.
Вчерне это выглядит так: Жило–было сообщество магов. И ходили они повсюду, и всех несогласных на шашлык пускали. Все верно, еще со времен войны. Так вот, ходили они, мочили, и собирали все вещички, от которых хоть сколько–нибудь пахло магией. Война началась пять сотен лет назад, а собирают до сих пор. И скопилось тех вещичек столько, что хоть жопой жуй. И запихали они все это добро в хранилище этой школы, сюда же совали более–менее удачные поделки артефакторов. Проблема в том, что в связи с какой–то там невнятной хренью множество артефактов военного времени обрело вполне реальную душу. И это уже если умолчать о том, что после Прорыва по миру и так множество крайне опасного иномирского барахла валялось.
Сам дома в толстом–толстом «гробу» храню один ножичек. Шел как–то по лесу, смотрю — лежит. Думаю, дай подберу. Так вот, стоило мне к нему приблизиться, как на рукоятке открылся красный глаз, а в меня полетела куча черных нитей. С простым и ясным криком: «Ну нахуй!!!» я сначала расстрелял в проклятую железку всю обойму, по ходу, оглушив, после чего метнул «молотов» и долго эту тентаклиевую хреновину жег, разведя в итоге нехилый костер. В итоге глаз закрылся, а я сгонял до дома за ящиком, пока огонь не погас, да и упрятал маньячную хреновину подальше.