Но я уже не могу остановиться. Жадно облизываю её груди, посасываю, прикусываю. Другой рукой ныряю в горячую влагу и настойчиво скольжу пальцами по чувствительному бугорку.
И честно, меня сейчас ничто не сможет остановить…
Анна всё ещё пытается меня остановить, но её сопротивление настолько слабое, сопровождаемое томными вздохами. Это настолько сильно действует на меня, что я пальцем скольжу внутрь в неё… И ничего. Останавливаюсь. Снова ввожу палец ещё глубже.
Хмурюсь. Меня будто ледяной водой окатили. Смотрю на ангелочка, замечая в её глазах тень, проскользнувшую на дне зрачков. Ввожу два пальца и наблюдаю за её эмоциями. Девушка томно выдыхает, прикусив губу.
Лютая ярость застилает мне глаза. И я громко выдыхаю и оскаливаюсь. Рука с талии перемещается на тонкую девичью шею, и я сдавливаю её до хрипа.
— Анна, скажи, с кем ты трахалась?
Само осознание того, что ангелок оказалась не невинной, задело меня слишком сильно. Я притянул её за шею ближе к своему лицу, готовый сжать руку на её тоненькой шее сильнее, если она мне не скажет имя того, кто посмел дотронуться до неё первым.
Анна промолчала, и явно не собиралась мне ничего говорить, судя по её выражению на лице. Глаза её снова стали бледно-голубого цвета, огонь резко погас, дыхание выровнялось. Она положила ладонь на моё запястье и заставила убрать руку с её шеи. Я сам не понял, почему позволил ей это сделать.
— Если ты не собираешься продолжать, — она кивком показала на мою руку, что замерла на её промежности, — то мне нечего здесь больше делать.
Она отодвинулась назад на столешнице и ловко перекинула одну ногу, вырываясь из моего захвата. Я не знаю, как объяснить мой ступор, но он продлился всего пару секунд, которыми она воспользовалась.
Анна спрыгнула со стола и рванула к изгороди, но я рукой схватился за её локоны и потянул назад, впечатывая её спиной в свою грудь.
— Ты мне скажешь, с кем трахалась, иначе будет хуже.
Прорычал я, едва сдерживаясь, чтобы не придушить Анну и уже собирался вернуть её в беседку, чтобы совершить с ней грязные вещи. Но Анна удивила меня и в этот раз. Она с силой наступила мне на ногу острым каблуком. Мне не было больно, но секундное замешательство, в которое я попал, сыграло в её пользу. Ангелок вырвалась из моих рук и нырнула в густую зелень изгороди. Я снова потянулся рукой через куст, но поймал пустоту. Она быстрая и очень ловкая…
Вот только теперь это никак не поможет ангелочку избежать наказания.
Далеко не убежит.
Пора поохотиться…
Часть 14
Анна
Добегаю до выхода из лабиринта. Оглядываюсь назад. Никого. Он не пошёл за мной. Хотя мог с лёгкостью догнать. На него не похоже. Вдруг он что-то задумал? В груди поднимается тревога. Сжимаю руки в кулаки.
Так, сейчас не время переживать из-за очередного хищника.
Поправляю на себе платье. Со шнуровкой на спине пришлось повозиться. Пригладила волосы и вышла из лабиринта. Быстро прошла к особняку, вошла внутрь и сразу пошла в уборную. Посмотрела на себя в зеркало, поджимая губы.
Какая же я всё-таки слабая и безвольная. Как могла дать слабину и испытать к этому чудовищу какие-то чувства? Да, это всего лишь похоть, возникшая на фоне его привлекательной внешности, голоса с хрипотцой и адской харизмой, перед которой ни одна девушка не устоит.
Но я ведь два месяца делала всё, чтобы больше не попадаться в его ловушку. И что в итоге?.. Потекла для этого извращенца. Теперь я ненавижу его ещё больше. Видеть не хочу. И даже хорошо, что этому психованному извращенцу отбило голову настолько от этих стимуляторов для хищников, что он ничего не помнит. Ни того бал-маскарада, когда он впервые меня поцеловал, ни ночи, когда пришёл ко мне в спальню и лишил девственности… Нет, он меня не насиловал.
О да. Этот хищник не помнит ничего из этого. И это к лучшему. Боюсь, что стану объектом его одержимости и тогда отец отдаст меня ему. А это хуже смерти! И мои опасения небезосновательны. Я подслушала разговор отца год назад. Он вёл беседу с мистером Даниэлем Фартом и Александром Цепеш. Они говорили о своих сыновьях, что было бы замечательно объединить наши семьи. Отец их идею поддержал. Я тогда ещё не знала, что он договорился обо мне с семьёй Йенсен и сильно испугалась. Я помню, как Александр многозначительно подчеркнул, что я идеально подхожу его сыну Маркусу. Но отец, вроде как, отшутился, что у него есть целый год подумать над их предложением.
В итоге этим летом Виктор Фарт женился, и я в пала в самую настоящую истерику. Ведь остался только Маркус… Я всей душой не желала становиться женой этого хищника. И уже даже размышляла о побеге, но меня каждый раз останавливала мама. Если я убегу, то кто присмотрит за ней?.. Не могу я бросить родного человека. Поэтому я ждала своего приговора. И когда отец позвал меня к себе, была готова принять всё, что он мне скажет.