«Сейчас я расскажу Наталье о Кристине». – С этой мыслью Иван включил в прихожей свет и разделся.
– Наташа! – Он хотел, чтобы всё выглядело как раньше, будто между ними не было недопонимания и холода, но голос прозвучал неуверенно, будто он сомневался, правильное ли имя называет.
Тишина.
Иван заглянул в проём кухонной двери. Он пытался понять, не произошло ли чего в его отсутствие, потому что сейчас Наталья должна была находиться дома. На кухне всё было по-прежнему. Он вернулся в прихожую. Увидел её плащ на вешалке и туфли в обувной стойке.
– Наташа? – И опять никто не отозвался.
У него оставалось стойкое ощущение, что Наталья дома. Спит? Спит так крепко, что не слышит? Он открыл дверь спальни – никого. Иван зашёл в большую комнату и оттуда посмотрел через стекло на лоджию – никого. Снова вернулся в кухню и хотел проверить балкон, но ещё раньше, чем он двинулся к двери, шпингалет в положении «закрыто» известил о том, что Натальи на балконе нет. Иван достал из сумки телефон. В последнее время они не звонили друг другу, но сейчас ему ничего не оставалось, как набрать Натальин номер. Гудки шли долго, шли в пустоту. Иван встревожился. Он обманулся, Натальи дома нет. Где, в таком случае, она может быть в семь часов вечера?
Он включил кофеварку и вернулся в прихожую. Набрал номер салона красоты. Ему ответили, что, действительно, Наталья работает в другой день, сегодня она отдыхает. В раздумье Иван прошёл в ванную и тщательно вымыл руки. Он с утра не ел, но есть не хотелось.
С чашкой кофе в руке Иван направился в кабинет – и с порога увидел Наталью. Её вид настолько ошеломил, что он застыл на пороге, держа чашку перед собой. Это была Наталья, и в то же время – не она. И в этот раз дело было не в одежде – она сидела в том же домашнем платье, в каком он видел её вчера; дело было в выражении её лица, на котором возмущение мешалось с брезгливостью. Она сидела в кресле и молча смотрела на него тёмными от гнева глазами. Её губы презрительно кривились.
Он обмер внутренне, хотя на границе сознания маячило недоумение. Пытаясь понять, что происходит, сказал:
– Я звал тебя.
– Я слышала, – безразлично отозвалась она.
Чашка жгла пальцы. Иван прошёл к столу и тут увидел ноутбук. На ноутбуке стояли пинетки. Его пронзило: она узнала! Узнала, что он обыскал её ноутбук и шкаф…
Так и не поставив чашку, Иван опустился на пол.
– Зачем? Ты можешь мне объяснить, зачем ты это сделал?
Иван молчал. Он пытался заставить себя говорить, но тело не признавало в нём хозяина, язык не слушался.
– Если бы ты попросил показать мои закладки, мой журнал, спросил, на какие сайты я захожу, я бы показала тебе. Без проблем. У меня нет секретов. Всё, что я узнаю нового, я тут же докладываю тебе. Зачем ты перерыл шкаф? Выпотрошил мои свёртки? Что ты хотел найти там? Что искал? Иван?
Голос у неё был низкий – такой голос у неё бывал в страсти. Он подумал, что теперь может добавить: и в ярости. В крайней ярости.
– Если бы я защищалась от тебя, я бы давно поставила пароль. Но дело даже не в этом. Дело в том, что между нами что-то изменилось, и сегодня я поняла, что изменилось непоправимо. Твоя любовь ко мне, твоё благородство – это любовь и благородство мирного времени. Испытания они не выдерживают. Ты привык считать меня своим продолжением, просто своей. Появление у меня собственных планов вызывает у тебя панику, и ты скатываешься до уровня… до уровня мерзости. Стремительно скатываешься. Скажи, чего мне теперь от тебя ждать? Что ты залезешь в мой телефон? Будешь выворачивать мои карманы и сумку? Следить? Ну! Говори же! Не молчи! Скажи, чего мне ещё ждать, Иван?!
И пошла-поковыляла хромоногая жизнь…
Наталья, хоть и была в ярости, всё же мысли не допускала, что Иван не покается, не объяснит свой поступок. Но после вечера, когда она уличила мужа в том, что он рылся в её вещах, Иван словно в робота превратился. Он уходил из дома, когда она ещё спала, а возвращался в десятом часу вечера. Несколько раз уезжал на день-два в командировку. Они не разговаривали и не смотрели друг другу в глаза, а их кровать была достаточно широкой, чтобы ночью между ними оставалась свободная площадь. «Натворил дел – и заморозился», – насмешливо думала Наталья.
И вдруг… Опустись на Натальин балкон летающая тарелка – это поразило бы её меньше, чем то, что она узнала.
– Серёжа говорит, он все силы кинул на проект реформирования Центра, ведь проект хотели закрыть, ты, конечно, знаешь… Одновременно – статьи в журналах, выступление на форуме… э-э-э… да, межрегиональном… Ах, Наташка, как же тебе повезло! – Света Ларионова тараторила как сорока. Она звонила, чтобы узнать, что Наталья собирается надеть на вечеринку по случаю Дня сотрудничества, который в этом году был юбилейным, и, очевидно, решив сделать Наталье приятное, хвалила её мужа.