Тут Наталья неосознанно, но всё-таки лукавила. Думая о том, что, конечно, найти замену Ивану не составит труда, в действительности изменять мужу она не собиралась. Да, она была оскорблена, подавлена и растеряна. Да, Иван вёл себя непорядочно. Да, она так и не нашла объяснения тому, как, при каких обстоятельствах было написано письмо её мужу, что за отношения связывают их и почему Иван прятал это письмо. Но, уже успокоившись, она неуверенно, но всё же подозревала, что у поведения мужа есть неизвестные ей мотивы и обоснования и что они с Иваном увидели все произошедшие события по-разному, в контекстах собственных душевных построений и восприятий.
Самым же важным было, что она до конца не верила в то, что у Ивана есть роман на стороне. Не то чтобы не хотела верить. Просто факты нематериальные, а именно – голос Ивана и его глаза, когда он объяснялся с ней в острые моменты их разрыва, заставили её сомневаться в том, что измена имеет место. Голос Ивана и его глаза говорили о том, что он запутался, что он в панике, что он виноват – но не в измене. К тому же Наталья, уже успокоившись своим внешним видом в наряде, вспомнила ещё один веский довод: патологическую чистоплотность Ивана. Шляться втайне от жены и при этом так натурально играть отчаяние – это для Ивана было не только очень сложно, но и противно его натуре… Если, конечно, натура его осталась прежней – и это был главный вопрос, который мучил Наталью, когда она пришла в себя после потрясений.
Прежний ли Иван или он стал другим?..
Наталья не знала, как им удастся пережить этот период, каким образом они будут – и смогут ли! – залатывать и зализывать раны, нанесённые их отношениям, но неосознанно на самом дне души теплилась надежда, что в конце концов всё прояснится и она снова сможет любить Ивана и чувствовать его любовь.
Эти мысли она держала в голове, обходя магазины. Обручи нашлись быстро, а вот с колготками вышла целая история. Наталья придирчиво рассматривала витрину, на которой было видимо-невидимо упаковок с разнообразным, так или иначе относящимся к колготкам, товаром, когда к ней обратилась продавщица – женщина с живыми внимательными глазами и улыбчивым ртом.
– Добрый день, что выбираете – для ежедневной носки или для особого случая?
– Для особого, – отозвалась Наталья.
– Цвет? Однотонные или с рисунком?
– Однотонные… Чёрные.
– Размер?
– Двойка.
– Фактура?
– Тонкие. Двадцать дэн. Желательно гладкие-гладкие, как шёлковые…
– Вот такие есть… такие… такие… – продавщица начала выкладывать на витрину товар.
Всё было отличное, но Наталье почему-то не нравилось. Она задумчиво глядела на упаковки и даже не сделала движения рассмотреть хотя бы одну внимательнее. И кошелёк доставать не торопилась.
– Может быть, серые? Мокрый асфальт? Мокко? Шоколад? Золотисто-коричневые?
На прилавке появились новые упаковки. Наталья оглядела изобилие. Она сама не понимала, чего хочет. И всё же это не то. Нет, не то…
Продавщица выжидательно смотрела.
– Вам не нравится? А вот эти? Или эти? Может, посмотрим со стрелками сзади?..
Наталья неопределённо пожала плечами. Она подняла глаза на продавщицу. Та ждала ответа.
– Понимаете… – нерешительно сказала Наталья, – мне нужны такие колготки… особенные, что ли… но… я иду на официальное мероприятие… там особо нельзя… ничего такого… Понимаете?
Что можно понять из такого объяснения? Да ничего! Но только не женщине, которая тысячу лет торгует женскими колготами! Фея колготок смотрела на Наталью внимательными глазами, и в её взгляде были видны истории тысяч женщин, мечтающих заинтересовать, произвести впечатление, выделиться, очаровать… Тысячи уверенных в себе женщин, тысячи неуверенных женщин. Тысячи, тысячи, тысячи женщин, для которых то, что облегает их ноги, – это не только предмет одежды, о нет! Для которых колготки – это нечто большее…
Наклонившись к Наталье, она произнесла:
– Вам нужны чулки.
У Натальи блеснули глаза. Ну конечно! Никто не увидит, что она в чулках, но она будет чувствовать полоску голой кожи между резинкой и бельём! Холодок вверху бёдер впрыснет в её кровь маленькую порцию адреналина, от которой что-то особенное, неуловимое появляется в глазах и в улыбке, в выражении лица… Что-то такое, нужное женщине во все времена. Особенно когда у неё тревоги по поводу мужчины. Кошачий зрачок. Мерцающий свет…
– Спасибо, – сердечно произнесла Наталья.
Приглушённо переговариваясь и склонившись к прилавку, как заговорщицы, Наталья и продавщица выбрали две пары атласных чулок. Эти чулки – то, что надо. Они были великолепны. Они – само совершенство. Однотонные, тёмно-серые, прозрачные. Пусть мужчины пожимают плечами, они ничего не понимают в том, что именно заставляет их выделить из толпы одну-единственную. А ведь, возможно, это именно искорка в глазах, виной которой – чулки, заставляющие женщину чувствовать себя таинственной незнакомкой.