В жизни Ильиных начался новый этап – этап очень странных отношений.
Несколько дней после разрыва с любовником (а это был именно разрыв: возвращаться к Владу она не собиралась) на Наталью нападала необъяснимая сонливость. Реакция ли на стресс, гормональные скачки начала беременности, а может, всё вместе, но ей постоянно хотелось спать, да так, что стоило открыть рот, как нападала безудержная зевота, тело слабело и глаза сами собой закрывались. Она позвонила в ресторан и сказалась больной (управляющий пожелал скорейшего выздоровления) и залегла, как она позднее шутила, в спячку.
Через несколько дней сонное состояние прошло. Наталья, осознав, что она в своей квартире и своей кровати, неожиданно испытала всплеск радости. Первая её мысль была о том, что в тот вечер она предложила мужу развод… Она долго вспоминала, что ответил ей Иван? Вспомнила: он ответил, что оставляет ситуацию на её усмотрение… Благородство? Или же он (в это трудно было поверить) надеется, что они снова будут вместе?..
Неожиданно Наталья почувствовала острую жалость к себе, к мужу, к их так бестолково размётанной жизни. Она знала, откуда взялось это чувство: проявил ли Иван благородство, позволяя ей жить в его квартире до развода в то время, как у него самого есть другая женщина, или он действительно надеется на совместную жизнь с ней, Натальей, – результат будет одинаковый. «Он не знает, что у меня будет ребёнок, – грустно думала Наталья, – что назад пути нет…» Она не знала, как заговорить с мужем, как вести себя с ним, но этого и не требовалось: как и раньше, Иван уходил, когда она спала, а приходил поздно – и сейчас гораздо позднее, чем в пору их безоблачного счастья. Наталья гадала: много работы или неизвестная ей Крис?.. И у неё отчего-то ныло, всё сильнее ныло в левой стороне груди.
Другим вопросом, который бесконечно крутился в посвежевшей голове Натальи, было её отношение к отцу ребёнка. После просьбы отвезти её они с Владом не произнесли ни слова – ни по дороге, ни на прощание. Это можно было понять – они поссорились. Но! Их ссора выглядела столкновением из разряда «нашла коса на камень» – она ведь не сказала, что ребёнок уже есть. А он не звонил! Ни на следующий день, ни несколько дней спустя… Он даже смс не удосужился написать…
«Неужели он не хочет увидеть меня? – недоумевала Наталья. – Загладить недоразумение, помириться… поговорить, наконец!» Да, он не хочет детей. Да, если бы выяснилось, что она беременна, он сам бы предложил расстаться. Но сейчас, когда он ничего не знает, – почему он не пытается наладить отношения?.. Чувство оскорблённого самолюбия мешало ей сосредоточиться. Оно не было таким уж сильным, нет. В новой ситуации Натальино «оскорблённое самолюбие» было больше похоже на удивление, на желание понять, что стоит за поведением Влада.
…Если бы ребёнок не был таким желанным и долгожданным, если бы у Натальи не было любимой и хорошо оплачиваемой работы, если бы всему этому не предшествовали годы мучительных сомнений и отчаянья, – то, конечно, в эти дни она чувствовала бы себя слабой и беспомощной. Но теперь, когда у неё было так много сбывшегося, своего, она испытывала только растерянность и замешательство. Ко всему этому примешивалось удивившее её чувство презрения к бывшему любовнику: яркий и талантливый умница оказался обычным эгоцентристом…
Её любовь теперь казалась наваждением, очарованием момента; нет, она не могла по-настоящему любить человека, который не любил детей и так поступал с ней. «Должно быть, высшие силы послали мне его для того, чтобы я могла получить желаемое, – размышляла Наталья. – Работу мечты. Ребёнка… это ведь так много! Не зря же я ездила к святым местам и молилась… Пусть не сразу, спустя время, разве чудо от этого перестаёт быть чудом?»
Вспомнила она и о предсказании гадалки. Вспомнила – и подивилась: надо же, действительно, ребёнок «не с мужем»… Вспомнила и убеждение своих подруг по несчастью с интернет-форумов о том, что в бездетной паре муж обязательно пойдёт «налево», в «налеве» родится дитя, и всё – браку конец… «Я – исключение из правил, – грустно улыбалась Наталья. – Не Иван, а я нашла в «налеве» малыша… Впрочем, финал тот же».
И на фоне всего этого на неё всё больше и больше наваливались воспоминания об их счастливой жизни с Иваном. «Собака на сене, – ругала себя Наталья, – сначала всё разрушила, потом давай жалеть…» Ругала не слишком серьёзно, понимая, что, не будь этой ситуации, не было бы и зреющего зёрнышка внутри неё, и суеверно боясь сглазить…