Утро для Катерины стало самым ужасным моментом в ее жизни. Постоянная тошнота была не выносима, правда только в первой половине дня. Что только она не пыталась кушать, все напрасно. Кода Катя была беременна первый раз у нее совсем небело токсикоза, ей даже казалось, что она совсем не беременная. Теперь она узнала по полной всю прелесть беременности. Она обижена думала, почему, когда она была молодая и полная сил этого не было, а теперь в ее возрасте приходится терпеть эту МАЛЕНЬКУЮ неприятность. Катерина надеялась, что эта единственная неприятность во время ее беременности.
С каждым днем ее жизнь и ее тело быстро менялись, она перестала успевать за всеми этими изменениями. Например, поменялись предпочтение в еде. Катя отказалась от ее любимого мяса, и стала как маньячка сходить сумма от артишоков. Она их поглощала тоннами. Катя перестала влезать в свой гардероб, надо было его обновить.
На своей работе пришлось рассказать о ее положении, так как надо было объяснить, почему каждое утро не успевает вовремя будить Дашу в школу. К этой новости ее «боссы» отнеслись очень даже хорошо. И спасибо им за тактичность, не стали расспрашивать ее за отца ребенка. Они были очень добры, и даже начали волноваться за здоровье молодой мамы, правильно ли она питается, достаточно ли она спит. Катя видя, как к ней хорошо относятся, благодарила Бога за людей, которых он ей посылает в это трудное время.
Это случилось, когда у нее был срок двенадцать недель. Она как обычно отвела в школу Дашу. На улице у нее вдруг резко стала кружится голова, потом она почувствовала острую боль в животе. «Только не это! Пожалуйста Пресвятая Мария» начала отчаянно молится она. Прохожие видя, что ей стало плохо вызвали скорую помощь.
Ее отвезли в городской госпиталь. Врач после осмотра, сообщил, что у нее угроза срыва, они делают все возможное. Кати нельзя было вставать, волноваться и находится в больнице минимум три дня. К ее счастью работодатели, оплатили больничный. Катя зная, сколько они сделали для нее, боялась их подвести с работой, решила договорится с сестрой, чтоб та ее подменила, и сестра радостью согласилась. Это малое, что Катя могла сделать для этих добрых людей. Не проходила и дня, как Катерина усердно молилась за ее ребенка, чтоб с ним было все хорошо. Единственно, что ее успокаивало, это то что она находится не у себя на родине, где медицина, только для богатых. Тут врачи делали действительно все от них зависящее.
На следующий день о ее пребывании в больнице узнала и Изабелл. Которая примчалась в Рим. Целый день Белль была рядом, помогала Кати, а вечерним поездом уехала домой. Она все допытывалась не поговорила ли Катя с отцом ребенка. Уговаривала, ее сделать это сейчас. Но та отказывалась, думая вдруг все будит зря. И каждый день молилась всем святым, чтоб все было хорошо. Ее лечащий врач, довольно симпатичная и веселая женщина успокоила Катю, говоря, что первый триместр всегда трудный, тем более в ее возрасте.
Так прошел ее триместр. В больнице Катя пробыла не три, а пять дней. Но ей пришлось взять еще две недели отпуска, потому что врач прописал постельный режим минимум десять дней.
Изабелл уговорила ее уехать к ней на эти две недели. И Катя согласилась. Там за ней смотрели как за маленьким ребенком. Ее баловали, развлекали, кормили всякими вкусняшками. Катерина стала поправляться, токсикоз уже ее не мучал, и она на восьмой день своего заточения решила выйти на улицу. Ей так нравилось сидеть в любимом ресторане у Розы, и болтать со знакомыми. Был уже апрель месяц, город начал оживать после зимы. На улице пахло цветущими деревьями и цветами, солнышко уже приятно ласкало лицо. Катя любила подставлять под эти, ласкающие лучи свое бледное личико. Часто в ресторане она виделась со своими друзьями. Например, Мартин наконец решил написать ее портрет, даже без похода к нему домой. Он восхищался ее лицом, говорил, что, Катя как-то вся светится из внутри. Что она похожа на Мону Лизу. Это действительно было так, на втором триместре Катя наконец начала на полную радоваться своему состоянию. Она была совершенно спокойная, умиротворённая, ее животик был уже хорошо заметен. Все приходило в норму. Только одно ее мучило, когда состоится, или вообще состоится разговор с Анджело. С Михаилом Анатольевичем они не созванивались, так - как звонить во Францию было очень накладно. Катя знала точно, что их еще нет в городе, а то дядя Миша обязательно ей позвонил.
Глава 26
«В молчании - вечность,
в разговоре - быстротечность времени». Эльчин Сафарли
Однажды вечером, когда Катя с Изабелл сидели у Розы и Катя объедалась своей любимой пастой из морепродуктов, к ним подошел Филип. Это один милый пожилой мужчина, который жил по соседству с Михаилом Анатольевичем. Он сообщил, что дядя Миша вчера вернулся. Изабелл сразу посмотрела на Катю с довольным лицом.