Я бы сказала Аоле, что да, стоит. Сомневаюсь, что на моем месте хоть кто-нибудь побывал и мог сравниться свою ситуацию с моей. Хотя отрицать такую возможность и не могу на все сто процентов…
Но проще-то мне от этого не становилось.
- Ой, - вдруг просипела девушка сдавленно, - Он так смотрит… Может, услышал? Кто его знает, этого самодурка?
Я перевела взгляд на Аолу и удивленно вздернула бровь, увидев вмиг посеревшее лицо и как-то неожиданно запавшие и остекленевшие глаза.
- Аола? - обеспокоенно спросила, уже в свою очередь порывисто сжав ее руку.
- Мне… уйти надо… - глухо пробормотала магичка, отступая на шаг. Резко повернулась, из-за чего ее длинные, завитые в тугие колечки волосы забавно подпрыгнули и взвились в воздух, - Да-да, я тут забыла… работу надо сдать… Или учебник?
Я потерянно уставилась на подругу и на ее удаляющуюся фигуру. Стоит ли говорить, что магическое вмешательство я распознала сразу и без каких-либо трудностей? А это, вообще-то, запрещено уставом Академии!
Но, разумеется, я не стала высказывать это мастеру, когда он стремительно и угрожающе быстро подошел и навис надо мной, глядя сверху вниз этакой злобной тучей.
Брови нахмурены. Да так сильно, что сложились на переносице и образовали многочисленные складочки на лбу. А глаза разве что молнии не метали. Губы презрительно поджались, руки на груди сложились, но от этого он не казался меньше или худее. Скорее, наоборот.
И как у него это получалось?
- Добрый день, мастер Твилла, - тихонько поздоровалась я, инстинктивно вжимая голову в плечи и испуганно хлопая глазами. У меня просто не было сил притворяться и строить из себя гордого смельчака.
- Не могу сказать того же, сэрра Тан, - прошипел мужчина яростно, - Вы понимаете, что нас ждет крайне неприятный разговор?
Я только сильнее скукожилась, пытаясь, наверное, слиться с окружающей средой.
- Понимаю, - глухо прошептала я.
- Пройдемте со мной, сэрра Тан, - гордо вскинулся преподаватель, поворачиваясь и бросая через плечо, - И даже не думайте сбежать. Не получится.
- И не собиралась, - буркнула я, немного обидевшись. Уж чего-чего, а сбегать от ответственности я не привыкла. Даже чужой.
Далеко мы не ушли. Думаю, я бы запаниковала, если бы мастер привел меня в свой кабинет - отдаленный ото всех, в старом крыле. Но преподаватель завел меня в одну из комнат, представляющих собой своеобразные учительские, - с двумя рядами стульев и кресел, пару столами и невысоким полупустым стеллажом.
Мастер пустил меня внутрь первой, галантно открыв дверь. И зашел следом. Мои уши оглушил характерный щелчок запираемого замка, что мгновенно отозвалось дрожью и вполне объяснимой паникой. Ну не закрывают дверь на ключ без особых на то причин! Не пугают до нервной дрожи одним своим присутствием, не давят своей безумной аурой и не предупреждают о неком “серьезном разговоре”...
И все равно я повернулась навстречу приближающейся угрозе, решив все-таки быть смелой. Уставилась прямо в лицо мастеру, приняв ожидающую позу. Но, как я надеюсь, без вызова. Зачем мне лишний раз раздражать алхимика?
- Вы невероятно глупы, сэрра Тан, - уничижительно сообщил матер, делая один-единственный шаг, - Я вот думаю - вы специально демонстрируете это или и правда страдаете провалами в своей памяти?
- Что? - я недоуменно захлопала глаза, совершенно не понимая, о чем он толкует, - Какими еще провалами?
- А попробуйте вспомнить, - зло усмехнулся мастер и, запахивая полы своей мантии, снова сложил руки на груди. Превращаясь в своеобразный кокон, из которого совсем скоро вылупиться далеко не бабочка. - Три дня назад. После вашей последней отработки. Вспомните, что я сказал вам, сэрра Тан.
Я нахмурилась, судорожно напрягая извилины.
Честно - с трудом помню тот вечер. Я тогда страшно устала. Сначала учеба, очередная практическая работа и зачет. Потом - штудирование монографий в библиотеке и последующая отработка в кабинете алхимии. А до этого - каких-то несчастных четыре часа сна ночью. И как следствие - низкая концентрация и абсолютная рассеянность, которая, как обычно, является слабым помощником даже в очень важных делах.