Неожиданно Демид тянется к краю своей футболки и стягивает ее через голову. Я застываю на месте, не в силах пошевелиться.
Что он делает?!
Смотрю на его рельефные мышцы, сглатывая комок страха и удивления одновременно. Шрам вдоль левой груди, шрам под ребрами, но, черт возьми, они выглядят так органично на его теле, будто добавляют красок всей его пугающей сущности.
— Постираешь. — Швыряет в меня одеждой. Я машинально подхватываю ее, сжимая ткань в кулаках. Древесный запах тут же окутывает меня, заставляя сердце забиться быстрее.
— Давай, воровка, не расстраивай меня.
Внутри все сжимается от страха и бессилия. Я понимаю, что терпение хозяина на исходе, и слова Овода с нареканием не бесить Волка тут же всплывают в подсознании. У меня есть три дня, три гребаных дня, чтобы жить и делать все, что от меня зависит в данной ситуации. А дальше остается только надеяться, что для меня что-то изменится к лучшему. Хоть я и знаю, что чудес не бывает.
15
Демид
Не так, блядь, я себе представлял возвращение домой. Не думал, что город, забравший самое дорогое, снова преподнесет сраный сюрприз.
Закуриваю очередную сигарету, сбившись, нахер, какая это по счету. Яд заполняет легкие, расслабляя и без того шалящие в последнее время нервы.
Обвожу кабинет ленивым взглядом, откидываясь в кожаном кресле. Бередящие душу воспоминания так и норовят просочиться в башку, но я гоню их подальше, иначе сорвусь, и все планы, что строил месяцами полетят к чертям собачьим, не успев осуществиться.
Я вернулся в Россию спустя два года отсутствия, с четкой целью спросить с каждой твари за содеянное. Заставить мразей платить по счетам, умыть чертей кровью и отправить на тот свет, но прежде отнять у них все самое дорогое, так же, как в свое время забрали у меня.
Но, как говорится, мы предполагаем, а Бог располагает. Не успел я ступить на родную землю, как понеслась канитель. Жизнь, походу, решила внести коррективы в мои планы, подсунув неждан в виде зеленоглазой воровки и ее дружков. Оторвать от дел насущных, заставить отвлечься от жгучей злости, что засела глубоко внутри.
Я ехал со сходки с поверенными, когда на мобилу пришло неожиданное уведомление от системы охраны дома. Грешным делом, подумал, что лажа какая-то, но чуйка твердила обратное. Не может тут быть ошибки! Систему для дома, в которой жила моя семья, в целях безопасности устанавливали лучше из лучших ребят, и кто бы ни попытался обойти алгоритмы, взламывая, у них это не получится, мне все равно поступил бы сигнал, что, собственно, и произошло.
Была мысль, что враги решили первыми нанести визит, отдать, так сказать, дань уважения, но нет, незваными гостями оказались сосунки, решившие, что смогут тягаться со старым волком.
Крысы, проникшие в логово зверя, думали, что предусмотрели все, но жестко проебались в одном: они не знали, с кем связались и чей дом решили грабануть.
Моей ошибкой было не воспринять их всерьез. Растерял я все-таки за годы сноровку, пропустил шальную пулю. Пришлось дать возможность двоим сбежать, а вот третьего, оказавшегося самым хиленьким, попридержал, предвкушая веселье.
Словами не передать, насколько я охуел, сорвав с мальца маску, под которой скрывалась телка. Сучка оказалась не из робкого десятка, пришлось на месте приводить ее в чувство, правда, силу не рассчитал и вырубил.
— Соскучился по твоей надменной роже в этом кабинете! — довольно произносит Овод, врываясь в кабинет, без стука. — Че там девка твоя? — И падает в кресло напротив меня, расстегивая куртку.
— Не пальцем делана, Вова, — отвечаю спокойно, в очередной раз затягиваясь. — Под дулом пистолета молчала, как рыба немая.
— Так ты че, в лес Девочку-Демона водил, что ли? — Поверенный вскидывает густые брови, пялясь с удивлением. — Думал, ты ее… это… только на словах припугнуть решил, а оно вон че.
— Неправильно думал, Овод, — выпуская серый дым изо рта, отвечаю в пространство.
— Что делать с ней будешь? Колоть-то девчонку все равно надо, — озвучивает он и без того очевидные вещи.
— Такая своих не сдаст, — качаю головой, прищурившись. — По глазам вижу, — вдумчиво произношу, стряхивая пепел. — Ты мне лучше скажи: че нарыл на чмырей этих?
— Гасятся мыши. Номера их пробил – паленые оказались. — Братан слегка пожимает плечами. — Ты не напрягайся так, я человечка нужного уже подключил, достанем чепушил из-под земли.
— Хоть данные девчонки выяснил?
— По паспорту — Громова Ева Александровна, двухтысячного года рождения. Местная
Двухтысячного. Пиздец. Когда зеленоглазая родилась мы с Вовой такие дела решали, что ей и не снилось.