Тело Кати реагирует даже на прикосновение моих пальцев, мое тело реагирует на всю ее.
Подхватываю ее за бедра и усаживаю на столешницу. Не прекращая поцелуй, руками скольжу под халат, по внутренней стороне бедра поднимаюсь до самого главного и…уже влажного.
Прикасаюсь своей эрекцией к ее животу, отмечаю ее реакции, от возбуждения до страха и наоборот. И удивляюсь своим силам. Как сдерживаюсь, не знаю, но хочу к черту эти халаты, хочу ее, всю ее. Сердце колотится как бешеное у обоих. Украдкой ловлю ее взгляд. Зря ослабил хватку.
Она сразу же заерзала, а потом и вовсе попыталась меня оттолкнуть.
– Катя, – почти что рычу. Желание наказать девчонку слишком велико.
– Сашка! Вода! Вода переливается через борт ванной!
– Вот черт!
Выключаю воду под Катин смех. Моя страсть была на пике перебраться через борт моей выдержки.
Улыбаясь, снова подхожу к ней. Она сидит на столешнице раковины, прикрывая свою наготу. Волосы растрепаны, губы истерзаны, красные, как и лицо.
Сашка…
Тебе еще предстоит узнать, что Сашка я только твой и буду только твоим всегда.
Катя***
Катя
– Ты ведь понимаешь, если я продолжу, остановиться будет сложнее.
– И не надо.
– Уверена?
– Да, я в тебе уверена.
– А в себе?
– И в себе.
Улыбаюсь ему в ответ. Кажется, больше ничто не может помешать происходящему.
Долго… Господи, как он долго… целует… Мучительно… ласкает.
Чувство близости и страсти только обострилось с вновь наполненной ванной. Сдерживаться сил больше не было, и ванна покинула наши планы.
Алекс подхватил меня и отнес в спальню.
Его пальцы начали ловко освобождать меня от остатков мокрой одежды. Огонь в его глазах отражал ту дикую страсть, что бурлила в его сердце.
Каждое прикосновение было пропитано неутолимой жаждой, каждой клеткой своего тела я хотела ощутить его присутствие как можно ближе, как можно ярче и как можно глубже. Ливень снаружи напоминал барабанную дробь, заглушая все звуки, оставляя только наше дыхание и биение сердец.
Широкая ладонь легла на грудь, вызвав волну приятных мурашек. Он смотрит на меня так жадно, словно уже пробует на вкус.
Я жду чего-то большего, и самой уже не терпится. Не знаю, откуда у него хватает сил держаться. Приятно осознавать, что его цель – не удовлетворить себя, а нечто большее. Из-за этого мое доверие достигает пика. Чтобы он не предложил, я соглашусь, не раздумывая, потому что верю и знаю, он не навредит.
Большой палец скользнул по соску, продавливая его. Оборотень, не отрывая от меня взгляд, наклоняется и целует. Сперва нежно, а потом сжимает между зубами сосок, не сильно больно, но до судорог в ногах ощутимо приятно.
Все, что сейчас происходило – это игра, прелюдия. И между жесткими поцелуями были ласковые объятья и наоборот. Чувствовать разгорячённое мужское тело, прижатое ко мне сзади, было необычно.
Он еще не вошел в меня, но мысленно, похоже, сделал уже все, что только душе угодно.
Пальцы уверенно скользили между моих ног, чередуя то один, то два, увеличивая или уменьшая темп и глубину проникновения. И я, не смыкая ног, хотя временами этого хотелось, просто позволяла ему делать эти движения и позволяла себе наслаждаться.
Позволить себе наслаждаться мужчиной – это высшая степень доверия к нему. Правда, я уверена, есть дверь, за которой есть еще ступени, ведущие выше.
Пока что все мои домыслы о сексе с оборотнем, к тому же еще и преувеличенные, распадались, показывая мне иную сторону.
Александр сейчас был больше похож на учителя анатомии страсти, которому был важен результат, а не действия.
– Секс – это искусство красиво и правильно любить тело, – я замерла, удивленная его словам, коснувшимся меня, словно ласковый ветер тела.
Его слова прозвучали мягко, но в то же время в них сквозила уверенность.
Никогда бы не подумала, что он такой, мой оборотень, далек от первого впечатления. Его образ совсем не вяжется с тем, что происходит сейчас.
– Секс – это не просто физическое удовольствие, – продолжил он, – Но и обмен энергий, обмен душами. В каждом движении, в каждой ласке скрыта забота и уважение к партнеру, – продолжал говорить, лаская меня пальцами и целуя в шею. В тот самый старый укус, который от его касания пылал так, что я едва ли сдерживала свои стоны, под этот ликбез совращения.
Его дыхание было горячим, его пальцы легко касались моего лона, вызывая дрожь внутри и снаружи. Как будто он читал мои мысли, как будто знал, что и как мне нужно.