Но не только вихрь политическихъ событій отвлекалъ думу отъ занятія чисто хозяйственными вопросами. Въ думѣ было много людей случайныхъ, чуждыхъ интересамъ города и не связанныхъ съ ними. Эту категорію гласныхъ хозяйственные вопросы мало интересовали. Посѣщаемость думскихъ засѣданій была не слишкомъ усиленная. Гласныхъ изъ пригородныхъ селеній останавливала часто отъ явки въ думу дальность разстоянія и невозможность послѣ засѣданія добраться домой. Гласные изъ болѣе близкихъ окраинъ города спѣшили пуститься въ обратный путь часто въ самый разгаръ засѣданія, начало которыхъ было хронически неаккуратнымъ изъ за длительныхъ предварительныхъ фракціонныхъ совѣщаній и частныхъ запаздываній. Городъ вечеромъ почти не освѣщался, имѣли мѣсто грабежи, зачастую раздавалась стрѣльба — многимъ, въ томъ числѣ и женщинамъ-гласнымъ — была неохота ходить въ такихъ условіяхъ въ думу. Назначенію-же дневныхъ засѣданій препятствовали профессіональныя или служебныя занятія гласныхъ. Гласные-интеллигенты зачастую лишены были возможности вникать въ опредѣленные сложные вопросы городского хозяйства съ его многомилліоннымъ бюджетомъ, такъ какъ вниманіе все время отвлекалось калейдоскопомъ событій. Помнится, какъ мнѣ такъ и не удалось закончитъ порученнаго мнѣ обревизованія отчетности мѣстной милиціи: когда я явился въ зданіе милиціи за справками, оно оказалось уже занятымъ большевиками, продѣлавшими очередной переворотъ, а затѣмъ, когда большевиковъ временно не стало, милицію раскассировали, изъявъ изъ вѣдѣнія городского самоуправленія и самую заботу о полиціи безопасности.
Городская дума нѣсколько разъ подвергалась досрочнымъ роспускамъ: распускали ее большевики, украинцы, австрійцы. Большевики загоняли распущенную управу и думу въ подполье, откуда онѣ выходили съ очереднымъ уходомъ большевиковъ. Украинскій комиссаръ Коморный распустилъ думу при торжественной обстановкѣ, назначивъ довольно таки правый составъ управы, который, подъ давленіемъ обстоятельствъ, вынужденъ былъ снова уступить мѣсто прежнимъ думскимъ избранникамъ. Не взирая на роспускъ думы, гласные собрались на засѣданіе и были арестованы. Австрійцы, взбѣшенные постоянной оппозиціей думы, распустили ее, послѣ чего начались хлопоты о возстановленіи Думы въ правахъ, причемъ въ числѣ хлопотавшихъ были и не сторонники думскаго большинства, не считавшіе, однако, возможнымъ примириться съ насильственнымъ роспускомъ думы оккупантами. Послѣ длительныхъ переговоровъ удалось сговориться съ австрійскими властями на компромиссѣ: дума возстанавливается въ правахъ, но избираетъ новую управу, не соціалистическаго и чисто дѣлового уклона. Гласные соціалисты воздержались отъ выборовъ новой управы, составъ которой былъ намѣченъ и проведенъ «буржуазными» фракціями, преимущественно к.-д. Городскимъ головой былъ избранъ ген. А. С. Санниковъ, впослѣдствіи начальникъ снабженія Добровольческой арміи и главноначальствующій Одессы и ея раіона.