часть из нас рада.
- Я вижу, как он относится к своему окружению, хотела бы я быть одной из тех, кого он ценит, за
кого готов бороться. Хотела бы чтобы он прилагал в отношении меня те же усилия, которые
прилагает в отношении людей небезразличных ему. Как, например, с Дэни.
Не стал я говорить ей о том, что ни один человек не будет важен боссу так, как Дэни.
- Какое отношение, мать твою, ко всему этому имеет секс? Ты говоришь не о крутости в постели,
детка. Ты говоришь о том, как ты хочешь мужчину, который не хочет тебя так же сильно, как ты его,
и скорее всего именно по этой причине. Босс не чертов приз.
Цыпочки. Иисусе. Иногда они просто не понимают этого.
- Риодан... - она прерывает саму себя, резко качает головой и, кажется, твою ж мать, наконец-то,
решает отступить, но всё-таки продолжает и портит все словами, сказанными сквозь смех: - по
крайней мере, не блондин.
Перевод сайта www.vamplove.ru
Я подозрительно смотрю на нее и провожу рукой по своим светлым волосам. Я просто
отказываюсь верить, что женщины тоже делят нас на категории.
- А какое нахрен отношение к этому имеет цвет моих волос?
- Блондины горячи и сексуальны, и... Ну, веселые и все такое, но по какой-то причине я обычно
избегаю их. Меня заводят темноволосые. Не знаю, я к ним более серьезно отношусь что ли. Они... -
она мечтательно вздыхает: - опаснее. Риодан определенно опаснее тебя. Вот если серьёзно, ну чем ты
занимаешься? Трахаешь блондинок и ведешь себя как неандерталец. Давай все-таки вернемся к делу.
Можешь ли ты читать мысли и помочь мне упорядочить мои? И если да, то что хочешь взамен?
- Ты думаешь, - пытаюсь сказать без рычания я. Ну ладно, может, я и рычу немного: - что Риодан
опаснее меня.
Мало того, что она оскорбила мой член и мои навыки владения им, так она ещё и оскорбила все
мое существо.
- Я не хочу говорить о нем. Я пришла сюда, чтобы забыть его. Можем мы не говорить о нем?
- Ты сама о нем вспомнила.
- Не правда.
- Косвенно. И не говори мне, что я траxаюсь лучше всех, если ты так не считаешь.
- Удивительно, что ты такой разговорчивый. Я думала, что при-йя пустоголовые. Или ты не
можешь найти своему рту лучшего применения?
- О, сладенькая, поверь я знаю, как его применить получше. Получше, чем все остальные тут, - и
я докажу это. Ей нравится опасность? Я покажу ей что такое опасность. - И, видать, мою голову
невозможно опустошить.
Она смеется.
- Твою? Ну-ну.
Я рычу. Парочка цепей определенно помогли бы делу. Посмотрим, кто тут траxается лучше всех,
когда я закончу с ней.
Когда она снова взбирается на меня, я переворачиваю ее и рычу:
- Руки над головой, женщина.
С хриплым смешком она откидывается на спину и подчиняется.
Очень скоро ей будет не до смеха.
Сердито хмурясь и жалея о том, что в этой комнате нет цепей - черт возьми, как может она
видеть такое мое лицо и не чувствовать опасности? - я выуживаю из-под простыней шарфы,
которыми вереница блондинок снабдила меня с определенной целью, и связываю ими ее запястья,
крепко привязывая ее к столбам у изголовья кровати.
А затем делаю то, чего раньше себе никогда не позволял, привязываю и ее ступни тоже, думая:
«Мужик, она не должна позволять тебе делать это.» А затем: «Мужик, что ты вообще творишь?»
Передо мной обнаженная и распластанная Джо, ноги широко разведены, она полностью отдана
на мою милость, а я совершенно не собираюсь в отношении нее проявлять хотя бы каплю
милосердия. Она не выберется из этой кровати, пока не получит самый головокружительный оргазм
в своей жизни, за которым последуют сотни и сотни других. Я буду держать ее тут многие недели.
Я не выпущу её, пока она не скажет, что я траxаюсь лучше всех. Искренне. Пока не сделаю её
своей при-йя. Пока она не поймет, что я не просто xренов второсортный веселый паренек, черт
возьми, а один из самых ужасных убийц, каких видел старый свет. У меня всё под контролем. За
полторы недели я пропитался сексом. И я уже насытился. Почти.
У нас тут в Честере что-то типа соревнования. Кому понравится быть вторым после лучшего?
Поэтому мы не делимся бабами. Телка моя, даже если я траxнул её всего раз. Вот почему на
четвертом уровне такая текучка.
Она смотрит прямо на меня и прикусывает нижнюю губу.
- Я никогда не позволяла Риодану вытворять со мной такое, - задыхаясь, говорит она.
Мудро поступала. И зря перестала.