словно воришка, будто у него было на это право. И несколько месяцев до того, как мы переспали
(снова!), он разгуливал, зная обо всех интимно-диких подробностях той ночи - о Боже, они были
такими дикими и интимными - пока я ничего об этом не помнила.
Он прекрасно знал, как выглядит моя задница со всех возможных ракурсов. Знал, какое
выражение лица у меня, когда я кончаю, и знал, что я глотаю. В ту ночь, страдая от горя и
одиночества в незнакомом городе, который неприветливо встретил меня спервых же минут, я
оторвалась по полной, забила на все запреты и попробовала всё, что мне хотелось попробовать, с
огромным энтузиазмом и самозабвением. Такого секса у меня никогда прежде не было.
Не удивительно, что он всегда смотрел на меня так, словно хотел заняться сексом. Хотел
заняться сексом снова. Я не виню его. Секс был мы-все-по-натуре-гедонисты феноменальным.
Диким. Грязным. Умопомрачительным. Вызывающим привыкание. Я разукрасила ту убогую
комнатушку болью и страстью, использовав секс как перевязку кровоточащей душевной раны,
вызванной смертью Алины.
И будто этого маленького взрывного секрета, всплывшего из моего подсознания было
недостаточно, ещё выяснилось, что среди новых ши-видящих есть та, что сродни страшному сну.
Стройная брюнетка в зелёных камуфляжных брюках и топе также, как и я, может чувствовать
Синсар Дабx. Я не просто не уникальна, но и раскрыта.
О да, мне нужно бежать.
Но мои ноги приросли к месту.
А самое ошеломляющее из всего то, что я видела Дэни три недели назад. Дерзкой
самонадеянной девчонке было четырнадцать.
А теперь я должна поверить, что эта взрослая, невозмутимая, красивая женщина тот самый
неугомонный подросток с сияющим взглядом, которого я загнала в Зал Всех Времен?
- Невозможно, - шепчу я, разглядывая её, пытаясь найти хоть что-нибудь от той необузданной,
веселой, талантливой, смешливой девчонки, которую я знаю. И люблю.
Но нет и следа.
Если это она, я должна чувствовать облегчение от того, что она жива и снова здесь.
Если это она, то почему я этого не чувствую?
Этой женщине около двадцати, и она совершенно бесчувственна. Кажется, словно она не
смеялась ни разу в жизни.
К тому же эта Джада уже несколько недель как в Дублине. В черных кожаных брюках,
правильно подобранном топе (с глубочайшим вырезом, и если это грудь Дэни, то жизнь
несправедлива) и черной кожаной куртке она выглядит невозмутимо и равнодушно словно
прирожденный лидер. Она проводит рукой по своим идеальным (прямым, без единого завитка)
рыжим волосам, собранным в высокий хвост, раскачивающимся при движении у поясницы, и я
замечаю блеск серебра и золота на её запястье, и это единственное украшение на ней. Не то, что бы
49BlackLab/Gone
Перевод сайта www.vamplove.ru
ей они нужны. Она холодна как статуя и также прекрасна. У неё поразительные высокие скулы. Над
сияющими глазами - прекрасный изгиб бровей. Неужели это действительно дэнино кукольное
личико так изменилось, приобретя эти четко выраженные, утонченные линии и точеные черты.
Неужели Дэни, потеряв в Зале Всех Времен годы, вернулась всего спустя неделю по нашему
времени настолько повзрослевшей? И сразу же начала собирать маленькую армию ши-видящих?
После падения стен всё стало возможно, тем более в том переменчивом зале. Повзрослев, Дэни
обязательно попыталась бы возглавить ши-видящих. Дублин и её сестры ши-видящие всегда были
для неё на первом месте.
Но я так и не вижу в этой холодной женщине «Мегу».
Риодан начинает медленно кружить вокруг неё, напоминая мне Бэрронса в ту ночь, когда он
решил отобрать у меня то, что принадлежало мне по праву.
Она остается неподвижной, совершенно не беспокоясь, что такой как он у неё за спиной.
И это всё решает. Это не Дэни. Она никогда бы не позволила Риодану зайти ей за спину. Она бы
разворачивалась вместе с ним. Как тогда я с Бэрронсом.
Женщины начинают подниматься с пола, но Джада жестом останавливает их и командует:
- Они снова обезвредят вас. Оставайтесь на полу. Не хочу, чтобы они ранили вас.
- Мы лучше бойцы, чем ты о нас думаешь, - отвечает ей Зеленый Камуфляж, рассекретившая
меня.
- Это двое из той девятки, которую я с вами обсуждала раньше. Не поднимайтесь.
Зеленый Камуфляж и я может и враги, но я хорошо понимаю гнев и недовольство на её лице.