Неожиданно 15 марта 1942 года я получил от командарма приказ сдать свою полосу обороны 353-й стрелковой дивизии, а 383-ю вывести в тыл на отдых и доукомплектование. На другой день наши части и подразделения, за исключением 694-го стрелкового полка и 1-го дивизиона 966-го артполка, которые остались на месте, сосредоточились в районе Софиевка, Штеровка, Ивановка. Три дня мы мылись, стриглись, делали личному составу весенние прививки, а затем приступили к занятиям по боевой подготовке.
3 апреля по плану штаба армии в районе станция Штеровка мы провели показное занятие по теме: «Усиленный стрелковый батальон в наступлении». Отрабатывалась атака переднего края обороны противника и развитие успеха в ее глубине. Для этого были привлечены 691-го стрелкового полка 2-й батальон, которым командовал старший лейтенант Петр Славкин, 2-й дивизион 966-го артполка под командованием старшего лейтенанта Василия Шарагина, одна батарея 28-го отдельного противотанкового дивизиона и одна рота 684 отдельного саперного батальона. На занятии присутствовали члены Военного совета 18-й армии, командиры и комиссары ˂…˃ старший и средний комначсостав 383-й стрелковой.
Показное занятие, как потом подчеркнул при разборе командующий армией, прошло с большой пользой. Мы отчетливо увидели как сильные стороны подготовки личного состава, так и недостатки в ней. Огромным ˂…˃ оказался моральный эффект этого занятия. ˂…˃ — наступление, значит, скоро придется наступать. Значит, мы поднакопили сил и теперь уж враг не устоит перед нашими ударами. Так думал тогда в дивизии каждый, тем более что 383-й дивизии вскоре был придан 880-й артполк РГК — это шесть батарей 122-миллиметровых гаубиц. Силища!
Вот с таким хорошим боевым настроением 15 апреля 1942 года после месячного отдыха в тылу мы снова приняли от 353-й стрелковой дивизии свою полосу обороны на линии Стрюково, Ново-Павловка. В стрелковых полках было по 1100―1200 человек, укомплектованы все пулеметные, минометные и артиллерийские расчеты, к первомайскому празднику прибыло еще более полутора тысяч человек пополнения. Правда, 80 процентов прибывших бойцов и командиров никогда еще не участвовали в боях. Но дивизия имела боевой, закаленный в борьбе с сильным противником костяк, и мы не без оснований надеялись, что пополнение быстро ˂…˃ строй.
Значительно лучше, чем при формировании, дивизия была вооружена и противотанковыми средствам. Кроме 28-го отдельного противотанкового дивизиона, которым у нас командовал ˂…˃ майор Александр Константинович Руцинский, в ˂…˃ полках имелось по одной роте противотанковых ружей. Правда ˂…˃ эти подразделения были еще в конце января 1942 года, но только в ходе боевой ˂…˃ в тыловом районе мы смогли ˂…˃ ПТР хорошую практику стрельбы по бронированным целям. Наконец, в стрелковые подразделения поступили в достаточном количестве противотанковые гранаты, которых также не было в сорок первом.
Нужно сказать, что к маю 1942 года в 383-й стрелковой дивизии произошли ощутимые изменения в кадрах командиров и политработников. Во-первых, от нас убыл начальник политотдела Семен Федорович Олейник. Вместо него был назначен батальонный комиссар Михаил Иванович Куликов. Тяжелораненого начальника разведки дивизии майора Д. А. Филина заменил капитан Виктор Григорьевич Артюшенко. Командир 691-го стрелкового полка майор Иван Ефимович Чистов уехал учиться в Военную академию имени М. В. Фрунзе. К командованию полком мы допустили капитана Дмитрия Ивановича Мельникова, который был переаттестован с политической на командную работу. Майор Ш. И. Кипиани остался на своем месте. Он по-прежнему командовал 694-м стрелковым полком. А вот командир 696-го, майор М. А. Шаповалов, ушел на повышение в другую дивизию, и вместо него отдел кадров армии прислал капитана Владимира Васильевича Лымаря.
Примерно в такой же степени обновилось звено командиров стрелковых батальонов. О ротных я уже и не говорю. Жалко, конечно, было расставаться с людьми, которые не раз проверены боем, но жизнь на месте не стояла, и тут уж ничего не поделаешь. К тому же новые командиры и политработники, как показали последующие боевые действия, достойно заменили выбывших.
Но я забежал несколько вперед. Как уже сказано, дивизия после отдыха заняла оборону за полмесяца до майских праздников. И вот однажды, когда мы заслушивали командира 696-го стрелкового полка о боевом и бытовом устройстве его подразделений, родилась мысль: а ведь приближающийся Первомай надо бы встретить добрыми боевыми делами. Не откладывая дела в долгий ящик, сразу же после заслушивания капитана Лымаря выработали план. О нашем рабочем происхождении мы решили напомнить гитлеровцам прямо с утра 1 мая.