Вообще, вся 2-я минометная рота 691-го стрелкового полка показала в бою за хутор Казачий образец коллективного мужества. Командир роты старший лейтенант Попов выбрал огневые позиции так, что минометным огнем прикрывались как фронтальный участок обороны стрелкового батальона, так и открытые фланги. И когда противник силою до батальона попытался обойти наши боевые порядки справа, минометчики встретили их метким беглым огнем.
Но немцам все-таки удалось приблизиться к огневым позициям роты, которой командовал старший лейтенант Попов. Минометчики взялись за стрелковое оружие. А расчеты Юшкина и Жаворонкова продолжали вести минометный огонь по подходящему подкреплению противника.
Погиб политрук Алексей Ганин, косивший вражеских солдат из автомата. Погиб командир роты, в последним миг своей славной жизни все же успевший бросить гранату и уничтожить четырех фрицев. Погибли наводчик Юшкин и Жаворонков. Но остальные продолжали бой.
На помощь героям подоспел комиссар минбата 691-го стрелкового полка старший политрук А. Шеин с красноармейцами Ефимовым и Бричкиным. Политработник ˂…˃ оборону позиций роты. «Умрем, но не ˂…˃, — крикнул он. — Коммунисты не отступают!..» Из оставшихся еще в живых только он, старший политрук, был членом партии. Однако этот его клич все бойцы восприняли как настоящие коммунисты…
Когда подошло подкрепление во главе с командиром минометного батальона старшим лейтенантом М. Живлюком, в живых там оставались только Шеин и Ефимов. Двое. Комиссар с сильной контузией, боец — раненный, и все равно удержали свой рубеж!.. Если кто из жителей города Жданова прочитает эти строки, то пусть знает: Алексей Герасимович Шеин живет где-то рядом с ним, моим читателем, может быть, даже на одной улице.
3-й батальон 691-го стрелкового полка не мог оторваться от наступающего врага и всю ночь вел огневой бой.
Только к рассвету капитану Мельникову удалось отвести людей от Казачьего, прикрыв этот отвод небольшой группой бойцов. Еще вечером я послал в Казачий начальника оперативного отделения штадива майора В. П. Прудника, чтобы он помог молодому командиру 691-го стрелкового полка отвести батальон с Еи. Прудник выполнил мое поручение, но посчитал себя обязанным возглавить и последний заслон. В его подчинении оказался начальник химической службы полка старший лейтенант П. Д. Зубов, двенадцать бойцов, вооруженных винтовками, и один — с ручным пулеметом Дегтярева.
Утром гитлеровцы повели атаку на хутор. Они попытались с ходу форсировать реку, однако ружейно-пулеметный огонь наших шахтеров обратил их вспять. На Казачий обрушился огонь нескольких минометных батарей противника. Загорелись дома. Появились раненые. Получил ранение и майор Прудник. Теперь возглавил группу старший лейтенант Зубов, и, когда немцы поднялись в атаку, горстка бойцов встретила их снова свинцом. Прикрываясь дымом от горевших строений, красноармейцы перебегали с места на место, чтобы создать видимость, будто их здесь целая рота или по крайней мере взвод.
Бой смельчаков с многократно превосходящим в численности противником продолжался почти до самого вечера. Когда кончились патроны, когда замолчал ручной пулемет, взводу пехоты противника с пулеметом удалось переправиться на левый берег Ей. Но вражеские пулеметчики еще не успели занять огневую позицию, как на них с фланга обрушился натиск русской штыковой атаки. Это на помощь пришел командир 1-го батальона 696-го полка капитан А. Ф. Мусакаев с двадцатью своими подчиненными. Батальон Мусакаева был в арьергарде дивизии и по моему приказу тоже отходил на следующий рубеж обороны. Услышав стрельбу в Казачьем, комбат взял с собой людей и бросился на выручку подразделения из 691-го стрелкового полка. От неожиданности вся группа гитлеровцев попятилась и побежала к воде. А по ней уже бил захваченный у врага пулемет.
С наступлением темноты капитан Мусакаев и старший лейтенант Зубов повели всех бойцов, оставшихся в живых, догонять свои полки. Раненых погрузили на легкую тележку, прихваченную в каком-то из окраинных куреней, и вот так, подменяя друг друга, довезли их до медсанбата.
Люди дрались ожесточенно. И не в одной нашей дивизии. Это было бы неправдой, если бы я сказал, что только 383-я стрелковая упорно удерживала свои рубежи обороны. Помню, как даже в условиях беднейшей информации о том, что делается на участках соседей, к нам долетали вести о славных делах кавалеристов генерала Н. Я. Кириченко. 13-я и 15-я кавдивизии 17-го кавкорпуса, которым командовал этот отважный человек, в ночь на 2 августа лихой атакой отбили у врага станицу Кущевскую. Потом этот населенный пункт в течение дня еще трижды переходил из рук в руки. Многие сыны Дона и Кубани сложили там свои головы. Но и противник оставил под Кущевской более 1000 трупов своих солдат и офицеров. 300 гитлеровцев попали в плен казакам Кириченко.