— Рауля задержали за убийство, — едва слышно шепчет Филипп, — он убил парнишку, с которым дружил в детстве.
— Что? Как такое возможно? — не верит Джудичелли, вглядываясь в лицо мужчины, нервно теребящего в руках документ.
— Я не понимаю, — выдыхает нервно он, протягивая исписанную бумагу с его показаниями.
Взяв в руки лист и бегло прочитав записи, Карлотта покачала в неверии головой. Речь шла о близком друге Убальдо, и её сковал страх. Как она могла рассказать ему о таком… О том, что такой дорогой ему человек погиб такой нелепой, случайной смертью? Она вернула бумагу Филиппу, принося свои искренние соболезнования, и, развернувшись к выходу, медленно пошла на вперед. Ноги её едва слушались, будто бы стали ватными. Ей нужно было как можно лучше продумать то, как преподнести Пьянджи такую новость. Ему в любом случае будет очень больно.
***
Поздно вечером Кристина просыпается от очередного тревожного сна. Распахнув глаза, она старательно восстанавливает дыхание и нервно сжимает руками простынь. Эрика уже не было в спальне, отчего она только сильнее взволновалась.
— Ангел мой, — позвала она так громко, как смогла, голос противно захрипел.
— Иди ко мне, Кристина, — отозвался он, откуда-то неподалеку, и девушка вскочила с кровати, двинувшись на родной голос.
Повернув направо по коридору, она увидела свет в одной из комнат и поспешила туда. Это оказалась просторная кухня с настоящей каменной печью, в которой, очевидно, уже горел огонь — в помещении было очень тепло. Эрик сидел за большим деревянным столом, по-турецки скрестив ноги и внимательно читая очередную толстую книгу. Обойдя раритетный кухонный гарнитур, Кристина встала за спиной мужчины и мягко провела пальцами по его волосам. Как ни странно, он даже не нацепил на себя маску, которую всегда надевал при первой же возможности.
— Как твоё плечо? — тихо спросила девушка и взглянула на страницу открытого романа. Текст показался знакомым.
— Уже лучше, — ответил Призрак, оторвавшись от книги, — а как ты?
Она неопределенно покачала головой и, немного помедлив, устроилась у Эрика на коленях, утыкаясь носом в его холодную шею.
— Без тебя я бы не пережила это, — шепотом говорит девушка, касаясь мягкими губами его кожи.
— Без меня этого бы и не случилось, — отвечает ей печально Эрик, прижимая к себе.
Его слова заставили Кристину задуматься. Ведь всё это было, чтобы разлучить их. Это стало бы огромной ошибкой. Она может представить свою жизнь без Дориана, пусть это и не так просто, но без Эрика — нет. Невозможно.
— Не правда, — говорит уверенно Даае и дарит ему чувственный поцелуй.
***
Едва дыша, Карлотта стучит тихонько в дверь палаты, но ответа не слышит. Сделав глубокий вдох, она приоткрывает дверь и неслышно входит внутрь. Телевизор немой картинкой ярко светился в тёмной палате, а Убальдо лежал на боку, отвернувшись к окну, и, казалось, крепко спал.
Женщина прошла дальше и осторожно опустилась на край кровати — Пьянджи оставался неподвижен. Протянув к нему руку, она опустила её на затылок мужчины и погладила по волосам. Пьянджи вздохнул.
— Дориан мёртв, — подал голос мужчина, напрягаясь всем телом, — Рауль его убил.
— Знаю, — шепотом отвечает Карлотта с нескрываемым сожалением в голосе, — я с тобой, Убальдо.
Он развернулся к ней лицом и взглянул в глаза. Женщина никогда еще не видела столько эмоций в одном взгляде, она терялась в них, утопала.
— Спасибо, — едва слышно говорит он и утыкается лицом в подушку.
— Как же так, — качает головой Карлотта, ей сложно понять путаницу в отношениях между друзьями.
— Я не знаю, смогу ли увидеть его, лежащего в гробу, не существующего больше для этого мира. Конечно, нужно попрощаться, но как? Это так тяжело принять. Он стал мне как младший брат, понимаешь? Я был для него, как наставник, советчик. Как справиться с этой болью?
Женщина качает головой, взяв Убальдо за руку и крепко её сжимая. Она не знала, что сказать, как ответить на его вопросы. Ей не приходилось хоронить близких людей, потому что она их попросту не имела — всегда одна, гордая птица. Но Пьянджи заставил её почувствовать эту горечь, и теперь она поняла, что такое смерть ближнего.
***
Мягко поглаживая Эрика по спине, Кристина дожидалась, когда он дочитает очередную главу, чтобы вместе осмотреть дом. Её удивлял особняк, где они оказались. Даже по тому немногому, что она успела увидеть, было ясно — он стоил очень дорого: об этом говорили как расписные потолки, так и роскошная мебель в стиле Луи-Филиппа.
— Можем идти? — обратился к ней Призрак, подняв на Кристину уставшие глаза.
— Конечно, — кивнула девушка, взяв его осторожно под руку, — Эрик, откуда такой красивый дом?
— Ну, на самом деле, ему больше лет, чем мне, — усмехнулся мужчина, оглядывая просторный коридор, в который они вошли, — а купил я его лет двадцать назад, точно не помню. Тогда слишком активно пытались вторгнуться в мои подземелья.
— Да… Но просто он, наверное, дико дорогой?
— Я вымогаю деньги с руководства театра десятками лет, — рассмеялся тихо Призрак, — конечно, он не был дешевым, но это не страшно.
Коридор оказался необычайно светлым, чем очень понравился Кристине. Здесь расположилась винтовая лестница с кованными изящными перилами, покрытая ковром с кельтскими орнаментами и ведущая на второй и цокольный этажи. Девушка тут же потянула Эрика вниз.
Пройдя на нижний этаж, она замерла на месте. Они будто бы снова оказались в подземелье оперы. Вместо озера здесь оказался неглубокий бассейн, но атмосфера царства музыки была та же — гордый рояль стоял в центре огромного помещения, а неподалеку в углу поместилась серьезная звукозаписывающая аппаратура. Девушка уже могла представить, как быстро Эрик разведёт здесь свой творческий хаос.
— Я не углублялся в детали, но настоял, чтобы резервуар с водой и моё, так сказать, рабочее место, заняли цокольный уровень. Всё не так плохо, как я ожидал, — задумчиво отметил Призрак, оглядевшись.
— Ты умеешь обращаться с этим? — удивленно спросила Кристина, взглянув на рекордер, внушительный сумматор и мощный компьютер. Он покачал головой, выдохнув.
— Нет, эти чёртовы изобретения сведут меня в гроб, — проговорил он и тут же поймал недовольный взгляд Кристины, — прости, я не это имел ввиду.
— Тебе понравится, обещаю, — мягко ответила девушка, взглянув на Эрика, — думаю, это станет нашим любимым местом.
Он согласно кивнул ей и подошел к величественному инструменту. Опустившись на банкетку, он вознес руки над клавиатурой и ласково перебрал пальцами клавиши, проникаясь исходящим звуком. Здесь он мог почувствовать себя, как дома. Волшебная музыка сама собой исходила от умелых рук Эрика. Он играл бездумно, вдохновенно, чувствами, бушующими внутри него сейчас: пламенная любовь, накрывающая собой всё вокруг, сожаление и горечь, испытываемые в момент гибели невинного, внутренняя борьба, ведомая Призраком всю его долгую и мучительную жизнь. Не в силах шевельнуться, Кристина стояла позади Эрика, глядя на быстро скользящие по клавишам пальцы, способные покорить целый мир, а не только их собственную маленькую вселенную. Она была охвачена всецело одной только мыслью — люди могли бы полюбить его музыку в одно мгновенье, тот час как услышали бы её. Нужно было лишь пронести её в массы, показать народу истинное искусство, идеальное и неподдельное.
— Как же ты прекрасен, — прошептала девушка, растроганная до слёз прозвучавшей композицией, когда Эрик закончил её мощным финальным аккордом.
Он мотнул головой, тихо усмехнувшись, и Кристина присела рядом с ним с трепетом обнимая. Мужчина взял её бережно за руку и мягко погладил пальцем ладонь. Взгляд девушки упал на кольцо, подаренное Дорианом, и на глазах вновь выступили слёзы. Она поднесла к нему руку и медленно стянула с пальца. Внимательно Эрик следил за её действиями.