— Убери его куда-нибудь, — попросила грустно Кристина, вложив колечко в костлявую руку Призрака.
— Может, так будет лучше? — спросил тихо Эрик, потянувшись за шею Кристины и легко расстёгивая её любимую серебряную цепочку. Он быстро спустил подарок Готье на неё и застегнул обратно.
— И правда, — кивнула девушка, осторожно коснувшись дорогого её сердцу кулона, — спасибо, мой Ангел.
Мужчина ласково улыбнулся ей, аккуратно убирая за ухо светлый завиток, спавший Кристине на глаза. Она прижалась к острому плечу, обращая к нему потерянный взгляд.
— Можем подняться теперь наверх? — обратился к ней Призрак, накрыв маленькую руку девушки ладонью.
— Останемся здесь, — прошептала Даае, чуть улыбнувшись ему и невесомо проводя пальцами по длинному шраму на шее. Она тяжело вздохнула.
— Откуда он, Эрик?
— Издержки цирковой жизни, — быстро ответил мужчина, отворачиваясь к стене, — непослушных зверьков там не любили.
Девушка вздрогнула под его крепкой рукой и развернула пальцами его лицо к себе, заставляя посмотреть прямо в её чистые глаза.
— Я безумно сильно люблю тебя, — проговорила Кристина, вглядываясь в заполненные болью тёмные глаза. Его лицо тронула улыбка, и Эрик быстрым поцелуем коснулся её лба.
— Моя любовь к тебе безгранична, Кристина, — ответил Призрак, крепко её обняв, несмотря на ноющую рану.
Они остались сидеть в подвале у фортепиано цвета портвейна, заключив друг друга в объятия. Им не хотелось слышать сейчас ни новостей о ведомом расследовании, ни скандалов семейства де Шаньи. Они есть друг у друга и целый мир для них перестал существовать в эту обитую трауром ночь.
========== Глава 19 ==========
Следственный процесс никогда еще не проходил в полицейском штабе так легко. Всё было просто и очевидно. Несчастный случай из-за неаккуратного обращения с серьезным оружием. Любовная трагедия. Мгновенная смерть от кольта сорок пятого калибра. Ничего лишнего. Только огромная сумма денег, заплаченная администрацией города за молчание.
— Я дико извиняюсь, — обратился к прокурору Филипп де Шаньи, — но, месье Венсан, неужели Вы не думаете о том, что в этом деле есть подводные камни?
— Выслушайте меня и поймите правильно, — снисходительно улыбнулся мужчина, — если мы начнём копаться в этом деле, то неизбежно это приведёт к лишнему негативу в адрес Вашей семьи, неужели Вы в самом деле желаете этого? Вас будут судить все, кому не лень.
— Да, но… Что если Рауль не был первопричиной убийства? Я знаю, он бы ни за что не стал угрожать Дориану так, — настойчиво проговорил Филипп.
— Ваш отец, месье де Шаньи, не хочет скандала, — ответил кратко Венсан, покрутив ручку в руках, — мы не можем пойти против него, извините.
— И что будет с Раулем? — спросил взволновано Филипп, упершись руками в дорогой стол. — Он обязан будет отбывать огромный срок из-за Вашей безалаберности?
— Администрация города хочет, чтобы мы быстро замяли это дело, — уточнил мужчина, вздернув бровями, — в суде ему дадут условный срок, штраф, и он отправится домой.
— Я понял Вас, — процедил сквозь зубы Филипп, сжав руки в кулаки, — извините за беспокойство, до свидания.
— Хорошего дня! — довольно улыбнулся Венсан, удобнее усевшись в кресле и глядя вслед мужчины, стремительно покидавшего его офис.
***
Быстрым шагом Филипп удалялся от здания прокуратуры. Он был вне себя от злости на их отца. Безусловно, он никогда не был честным человеком, готовым нести ответственность как за себя, так и за своих сыновей, но этот случай не был похож на другие. Старший де Шаньи ждал от отца, как минимум, серьезного расследования для выяснения мельчайших деталей происшествия. Репутация важнее, конечно… Их учили этому с рождения. Холодные отношения и полная абстракция друг от друга — норма для их семьи. Главное держать лицо. И даже сейчас, когда один из них попал в серьезную беду, глава семейства не изменил своим принципам.
Никогда еще Филипп не выражал беспокойства о брате так рьяно. Пусть у них с Раулем не было идеальных братских отношений — не важно. Он всегда любил младшенького всем сердцем и искренне желал ему счастья. Теперь же старший де Шаньи не мог скрыть эти чувства. Ему было больно оттого, как поступил отец, оттого, как наплевал он на судьбу Рауля, оттого, каким продажным и чёрствым он был.
В любом случае, он доволен хотя бы тем, что Рауль не окажется за решеткой. Это единственное положительное последствие двуличности их отца. Совсем скоро они с братом снова встретятся, и у Филиппа появится шанс на то, чтобы вернуть семейное тепло хотя бы между ними. Он всем сердцем желал поскорее выслушать Рауля и помочь ему справиться с этой трагедией.
***
Бережно обнимая Кристину, Эрик думает о том, как дальше сложится их жизнь. Он знает, что легко не будет. Он этого и не ждёт. Каждое препятствие, данное им с Кристиной, делает их союз только крепче. Так и сейчас — они проходят вместе этот сложный период. Девушка поднимает на него свои кристальные глаза и чуть улыбается одними уголками губ. Призрак думает, что она способна слышать его мысли.
— Когда мы сможем пожениться? — спрашивает тихо Кристина, внимательно наблюдая за Эриком.
— Я не думал об этом пока, — тихо ответил мужчина, взяв её за хрупкую ручку, — я бы очень хотел сделать это как можно скорее, но, моя родная, я не могу думать только о себе.
— А мне кажется, что нам просто необходимо организовать всё быстрее, — шепчет Даае, переплетая их пальцы, — мне так необходим хотя бы глоточек воздуха. Это горе лишает меня жизни, Эрик. Я хочу отвлечься на что-то действительно приятное.
— Это твоё право, — слегка улыбнулся мужчина, поглаживая её руку, — я поддержу любое твоё решение, выполню каждое твоё желание.
— Поцелуй меня, — быстро просит она, с силой жмурясь, борясь с подступающей истерикой.
И он тотчас приближается к ней, накрывая её мягкие губы своими сухими. Она отчаянно отвечает ему, крепко обнимая за шею, будто бы он последняя надежда утопающего. Призрак чувствует на их губах солёные капли её слёз и углубляет поцелуй, подхватывая Кристину на руки. Боль не имеет никакого значения — Эрик её не чувствует. С трепетом удерживая девушку в своих руках, он кружит её по комнате, даря ей такую необходимую свободу.
Острые зубы девушки кусают губы Эрика в кровь. Она вкладывает в эти безумные поцелуи всё: сейчас её душу прожигает горечь, и она невольно причиняет своему Ангелу боль. Она лишь делится с ним своей безысходностью, отрешенностью, а он принимает их, как старых друзей.
— Я люблю тебя, — шепчет слёзно Кристина, едва касаясь истерзанных ею губ мужчины. Он ласково укачивает её в объятиях, размеренно поглаживая по волосам.
— Не плачь, моя родная, — вторит он ей, неуловимо смахивая влагу с её лица, — я с тобой, я всегда рядом.
Она всхлипывает, судорожно цепляясь за его плечи, прижимаясь к нему так, что между ними не остаётся места даже воздуху.
— Тебе просто необходимо отдохнуть, — успокаивающе шепчет Призрак, и Кристина быстро-быстро кивает, утирая ладонью покрасневший нос.
— Пойдём, — обращается он ласково, взяв её крепко за руку, — я почитаю тебе что-нибудь хорошее, пока ты не уснёшь.
— Ты настоящий Ангел, Эрик, — проговаривает тихо Кристина, следуя за ним.
Он по-доброму усмехается от того, как ироничны её слова. Ангел в огне преисподней, может быть, падший ангел. Никем другим он быть не мог.
***
Уложив Кристину в кровать, Эрик бережно подоткнул одеяло под неё и потянулся к книге.
— Ложись со мной, — обратилась к нему девушка, потянув Эрика за запястье к себе.
— Ты же знаешь, я почти не сплю, — усмехнулся тихо он, однако устраиваясь сбоку Кристины.
— Даже Ангелам нужен отдых, — прошептала она, положив голову на колени мужчины.
Погладив Кристину по волосам, он чуть улыбнулся и открыл книгу Гринвуда Джеймса. Она по праву могла считаться любимой из детства Призрака. Может быть, потому, что его судьба отдаленно напоминала судьбу того самого Джима. В любом случае, маленькому Эрику не давали большого выбора, и он с радостью изучал всё то, что имелось. Он сам не знал, почему выбрал именно её из кучи других, куда более добрых книг, но тем не менее начал вполголоса читать Кристине: