— Я понимаю, — выкрикивает Филипп отчаянно, — но ведь сейчас всё в порядке! Он пришел в себя, почему я не могу остаться рядом?
— Мы Вас обязательно впустим, когда это будет возможно, — отрезает врач, и резко захлопывает перед носом де Шаньи двери, оставляя того наедине со своими гнетущими мыслями.
Его ноги невольно подкашиваются, и он падает спиной на белоснежные плитки стены, тяжело выдыхая. Он может теперь лишь тешить себя радостной мыслью — он будет жить, точно будет, а там… Как бы не было сложно, Филипп готов быть рядом.
Из-за двери слышаться усталые голоса докторов, дающих друг другу четкие указания, и старший де Шаньи усиленно вслушивается в них, надеясь разобрать хоть что-то. Они обсуждают возможность возвращения к спонтанному дыханию и установку назогастрального зонда взамен парентерального питания — Филиппу становится тошно от их непонятного языка, он жаждет услышать только одно, что его младшенький будет в порядке. Остальное не имеет никакого значения — они справятся.
***
Неторопливо прогуливаться по холодным улицам Парижа стало столь непривычным, что Кристина чувствует себя неуютно. Сегодня они с Мэг условились встретиться у Эйфелевой башни, чтобы затем пойти в один из самых прекрасных бутиков со свадебными платьями.
Она прячет замерзший нос под шарф, сжимая в коченеющих пальцах стакан горячего кофе и греясь об него. Вдалеке она замечает миниатюрную фигурку подруги, бегущей к ней навстречу с распростертыми руками.
Они заключают друг друга в крепкие объятия, и Мэг тихо пищит от радости встречи с любимой подругой. Она оглядывает Кристину с широкой улыбкой и пораженно говорит:
— Боже, ты так расцвела! Просто невероятно!
— Да прям, — смущенно отвечает Даае, поправляя выбившуюся прядь светлых волос, — всё та же, что и всегда.
— Не правда, — усмехается девушка, беря под руку Кристину, — должно быть, жених такой же красавец. Жаль, я его ещё не видела. Неужели даже нет фото?
— Да как-то не до того было, — рассеяно откликается Даае, понимая на самом деле глупо не иметь памятных снимков с самым близким ей человеком, — все в заботах, в делах. Но вот свадебное платье с ним вместе выбирать никак нельзя, ты же мне поможешь?
Девушка, расплывшись в счастливой улыбке, кивает и тотчас срывается с места, утягивая за собой растерянную Кристину.
— Так, ты говорила, что хочешь платье от Сааб? — спрашивает лукаво девушка, ведя подругу к мосту Альма. — На том берегу есть бутик! Он совсем не далеко, идем скорее!
Они быстро пересекают низкий мост на другой берег и выходят прямо к парку Рив де Сена, между тем любуясь красотами округа.
— Знаю, — говорит тихо Мэг, пока они идут неторопливо по проспекту, — наверное, это не самая приятная тема перед свадьбой, но как ты? Как ты держишься? Я не знала ровным счетом ничего о Дориане, но понимаю, сколько он значил для тебя.
— И по-прежнему значит, — отвечает мягко Кристина, чуть улыбаясь, — но я приняла мысль о том, что его больше нет, надо жить дальше. Знаю, он хотел бы, чтобы нашу свадьбу ничего не омрачало.
— Так жаль его, — выдыхает Жири, — совсем молодой еще… А Рауль? Как он?
— Не знаю, — растеряно отвечает Кристина, — последний раз я слышала о нём в новостях, когда его брали под арест. Должно быть, он страшно переживает.
— Конечно, — соглашается Мэг, — что мы всё о грустном? Расскажи мне лучше о нашем счастливчике!
— Об Эрике? — спрашивает Кристина и невольно расплывается в счастливой улыбке. — Это самый необычный человек из всех, что я встречала. Его нужно хорошо знать лично, чтобы понимать то, насколько он невероятный.
— Ты говоришь о нём, словно об Ангеле, — тихо смеется Мэг, останавливаясь у витрины изящного бутика.
— Он и есть Ангел, — отвечает девушка с нескрываемым счастьем, — самый настоящий.
— Что ж, тогда идем искать тебе достойное платье, — улыбнувшись, говорит девушка и отворяет перед Кристиной дверь магазина.
Вошедшая внутрь Даае восторженно выдыхает. Вдоль гигантских арочных окон расставлены многочисленные манекены, облаченные в платья невероятной красоты. Её глаза разбегаются при виде такого количества роскошных одежд.
— Понимаете, месье, — слышит она где-то позади звонкий голос подруги, — нам нужно нечто особенное и неповторимое.
— Есть у нас кое-что, — отвечает с легкой улыбкой консультант, — идемте, мадемуазель, я покажу Вам платье, способное сразить всех наповал!
Он заходит куда-то за угол, и девушки следуют за ним. Им предстает небольшой закуток, подсвеченный со всех сторон яркими прожекторами, посреди которого на небольшом подиуме стоит манекен, одетый в очень нежное, утонченное платье цвета шампань.
— Господи, какая красота! — восклицает Мэг, обходя подиум со всех сторон.
Пышная фатиновая юбка с небольшим, аккуратным шлейфом делает платье невероятно воздушным. Прозрачный лиф же выполнен из органзы и обшит объемным кружевом с вкраплением мелких, сияющих, словно снежинки, страз Сваровски.
— Оно бы Вам очень подошло, мадемуазель, — замечает консультант, скромно улыбаясь.
— Я очень его хочу, — соглашается Кристина, — могу я примерить?
— Конечно-конечно, — спешно отвечает молодой человек и указывает Даае на симпатичную примерочную, — Вы располагайтесь, я скоро Вам всё принесу.
Подруги проходят в месте в отдельную комнату, установленную со всех сторон зеркалами в полный рост, и Мэг занимает место в изящном расшитом креслице.
Вскоре к ним входит консультант и протягивает Кристине на вытянутых руках то самое платье, скромно улыбаясь. Девушка принимает его в свои руки с трепетом и благоговением.
— Прошу, примеряйте, — говорит вполголоса мужчина, — если Вы точно решите его взять, то я тут же позову команду портных и они подгонят его точно под Вас.
— Благодарю, месье, — мягко отвечает Кристина и скрывается за тяжелой, атласной шторой примерочной.
Малышка Жири замирает в ожидании, так и представляя себе как прекрасна будет её подруга в таком подвенечном платье.
— Господи! — раздается радостный возглас из-за портьеры. — До чего же оно красиво!
— Ну! — возмущается Мэг, вскакивая с кресла. — Выходи сюда скорее! Что ты прячешься?
Девушка тихо смеется и аккуратно выскальзывает в комнату к Мэг, заставляя ту восторженно взвизгнуть.
— Покрутись, — обращается Жири к Кристине, глядя на неё в восхищении.
— Оно, должно быть, безумно дорогое, — понуро говорит Даае, не прекращая любоваться собой.
— У тебя же полно денег на счету, — отвечает Мэг, склоняя голову к плечу, — а это самый важный день!
— Я ничего сама не оплачиваю, — растерянно откликается Кристина, — вообще ничего, все расходы на себя взял Эрик, и я чувствую себя немного неловко оттого, какую сумму он положил на мой счет.
— Он просто хочет сделать этот день лучшим в вашей жизни, милая, — с улыбкой говорит Маргарет, — тем более, если он сам тебя сюда отправил.
— Да, ты права, — кивает Кристина, заметно оживляясь, — тогда можно звать портных, верно?
***
Этот день становится переломным в жизни Убальдо и Карлотты — они никогда больше после чудесного ужина в ресторане не будут разъезжаться по домам, никогда больше Убальдо не придется провожать её до дома, потому что теперь они всегда будут возвращаться вместе с их общий, совместный дом.
Все вещи Джудичелии в срочном порядке оказались перевезены в квартиру Убальдо, в то время, как её собственная была выставлена на продажу. Небольшие апартаменты Пьянджи временны, как только они смогут продать обе квартиры, то обязательно переедут в собственный, частный особняк где-нибудь на окраине суетливого города, чтобы только их малыш рос в лучших условиях.
Разложив, наконец, уйму вещей Джудичелии, они устало располагаются на мягком диване в гостиной и неторопливо потягивают горячий шоколад, заботливо приготовленный для них Убальдо.