***
Прибытие в клинику Шато де Гарш становится сюрпризом для братьев де Шаньи, в частности, для Филиппа, ожидавшего увидеть здесь древнее здание с решетками на окнах или ещё что похуже. Когда же перед ними предстает изящный трехэтажный особняк — это действительно удивляет.
— Рауль, ты только глянь, — восторженно выдыхает старший де Шаньи, оглядывая обширную прогулочную зону вокруг клиники.
Брат выбирается из машины и тут же ежится от легкого порыва ветра. Он бросает безразличный взгляд на здание, не ожидая ничего другого.
— Ты думал, что нас в халупу отправят? — усмехается мрачно Рауль, выпрямляясь в спине и чуть морщась. — Отец бы их больничку быстро прикрыл, ага.
Старший де Шаньи только качает головой на слова мрачного брата и осторожно приобнимает его за плечи.
— Эй, ну, что с тобой? — спрашивает мягко Филипп, — Место прекрасное, мы и не заметим, как время здесь пройдет.
Младший брат безразлично фыркает и выбирается из-под руки Филиппа, чтобы затем пойти к аккуратной лестнице, ведущей к парадному входу, и подняться по ней в клинику.
— Как мило, — скептично говорит Рауль, разглядывая утонченную позолоченную стойку ресепшн.
— Всё, просто пойдем, — выдыхает Филипп, хватая за руку брата и шагая в сторону длинного коридора.
Старшему де Шаньи достаточно быстро удается найти необходимую палату, и он отворяет резную дверь, пропуская брата внутрь.
— Это издевательство, — усмехается мрачно Рауль, падая, как подкошенный, на кровать.
— Почему? — не понимает Филипп, оглядывая уютную и светлую комнату. — Здесь куда приятнее, чем в госпитале, согласись.
— Нет, — печально выдыхает младший брат, прикрывая в забвении глаза, — ты помнишь нашу комнату в детстве в том самом особняке? Неужели не видишь сходства?
— И что?..
— Именно там мы с Дорианом постоянно проводили время, — устало поясняет Рауль, потирая виски, — именно там играли, резвились, там засиживались допоздна за какими-нибудь комиксами, там я укрывал его, когда родители Готье в очередной раз бушевали…
— Рауль, — обращается к брату Филипп, усаживаясь на край своей кровати, — это навсегда останется с тобой, и я знаю, знаю, что тебе дорогие эти воспоминания, но надо жить дальше. Он бы этого хотел, как ты не понимаешь?
— Понимаю, — вздыхает Рауль, переводя взгляд на старшего де Шаньи, — ведь он всегда желал всем добра, даже своим обидчикам, даже мне…
— Особенно тебе, — ласково поправляет его брат, — особенно, слышишь?
Старший де Шаньи неторопливо подходит к Раулю и бережно обнимает его за плечи, чуть улыбаясь.
— Думаю, тебе пора познакомится с терапевтом, — говорит мягко Филипп, — а я пока распакую наши вещи, хорошо?
Младший брат рассеяно кивает и скидывает с плеч куртку, поднимаясь с кровати. Несколько секунд он мерит задумчивым взглядом Филиппа, а затем шагает к нему, чтобы крепко обнять.
— Знаешь, — выдыхает тихо Рауль, — никогда не думал, что скажу это, но… У меня нет никого ближе тебя, и я очень счастлив, что ты рядом. Спасибо, Фил. Может, оно и не видно, но для меня очень много значат твои старания, и я это ценю.
— Я просто совсем недавно осознал, как ты мне нужен, — шепчет старший де Шаньи, жмуря глаза, — и как сильно я люблю тебя, малой.
— И я тебя люблю, — откликается едва слышно Рауль, невольно улыбаясь такому редкому для них тёплому моменту, — прости, что был такой занозой в заднице.
Старший брат тихо смеется и, чуть отстранившись, утирает слёзы, выступившие на его глазах впервые за долгие годы.
— Ну, я пойду, — говорит Рауль, отходя помаленьку к двери, — надеюсь, терапевт правда сможет помочь.
Покинув палату, младший де Шаньи тяжело вздыхает и поправляет ворот рубашки, растеряно оглядываясь по сторонам. Он не имеет представления, куда должен идти, а потому шагает наугад куда-то в сторону винтовой лестницы.
Он поднимается по ней не глядя и тотчас в кого-то врезается. Прекратив созерцание замысловатых узоров на ковре, Рауль сталкивается взглядом с глубокими карими глазами и замирает на месте.
— Прошу прощения, — выдыхает он, опуская глаза на снисходительную улыбку девушки, замершей перед ним, — совсем Вас не заметил.
— Вы пациент? — спрашивает мягко она, поправляя скосившийся бейдж на своей груди.
— Да, наверное, — теряется Рауль, — я должен быть на терапии, но, как видите, не знаю, куда идти.
— Значит я Вас ищу! — восклицает она. — Месье де Шаньи, верно?
Он невольно улыбается ей и легонько кивает, следуя за спускающейся вниз девушкой. Она открывает одну из многочисленных дверей и приглашает Рауля пройти туда.
— А как мне к Вам обращаться? — спрашивает де Шаньи.
— Элиз Мерсье, — отвечает она, тепло улыбнувшись.
— Красивое имя, — шепчет Рауль, усаживаясь в позолоченное кресло.
— Мне рассказали вкратце о Вашей проблеме, — говорит она вполголоса, занимая место рядом с де Шаньи, — и я уверена, что мы сможем справится с этим очень-очень быстро.
— Правда? — уточняет он.
Девушка кивает, и Рауль вдруг осознаёт, что правда желает ей открыться — высказать всё, что так сильно его гложет, что так травит изнутри и прожигает сердце.
— Как справится с чувством вины? — шепчет он, заглядывая в её ярко подведенные глаза, — Как забыть собственное предательство? Как избавиться от наваждения мёртвых глаз, пусто смотрящих прямо мне в душу?
— Это лишь сейчас кажется невозможным, — отвечает девушка, поднимаясь из кресла и шагая за спину Рауля, — мы сможем справиться с этим, обещаю.
— Никакие терапии не помогут, — выдыхает зло де Шаньи, прикусывая до крови губу.
— Лечат не только терапии, месье, — с улыбкой откликается она, кладя руки на его донельзя напряженные плечи, — и, поверьте, мы справимся.
Отчего-то Раулю хочется ей верить — то ли от своего полного отчаяния, то ли от её тёмных глаз, глядящих с каким-то особым теплом. В любом случае, он желает дать ей шанс спасти его опустошенную, истерзанную душу.
Дать шанс именно ей.
========== Глава 34 ==========
Ранним утром в спальне новобрачных разносится громкий рингтон смартфона Кристины. Она приоткрывает глаза и хмурится, замечая, что стрелки часов замерли лишь на шести часах утра.
Девушка нехотя тянется к трезвонящему телефону и, всё-таки, отвечает на вызов, даже не удосужившись взглянуть на дисплей.
— Я слушаю, — выдыхает она, устало потирая глаза.
— Это Ваш менеджер, Жерар Мантино, — говорит бодрый мужской голос, — Вы указали этот номер в письме с записями.
— Ах, точно! — восклицает Кристина, резко усаживаясь на кровати и тем самым вынуждая Эрика проснуться окончательно.
— Мне бы хотелось переговорить с Эриком Дестлером, — добавляет Жерар серьезно.
— Я его жена — Кристина Дестлер, — поясняет Кристина спешно, — и если возможно, то лучше обсудите всё со мной.
— Раз так, то конечно, — соглашается менеджер прежде, чем пояснить причину столь раннего беспокойства, — то, что я услышал вчера, потрясло меня до глубины души. Знаете, в большинстве случаев я даже за большие деньги не соглашаюсь помогать исполнителям, но Ваш муж… Я не смог пустить всё на самотек и решился отправить записи в несколько студий.
— Правда? — пораженно спрашивает Кристина, оборачиваясь к Эрику с широкой улыбкой.
— Это не всё, — загадочно шепчет Жерар и делает небольшую паузу, — мне ответили из Полидора! Они готовы заключить контракт в любой момент!
Девушка замирает, широко распахнув глаза, не силясь поверить словам мужчины. Она ждет, что он вот-вот скажет, что это только шутка, что он и сам не возьмется за их продвижение, но этого не происходит, и Кристина резко обхватывает запястье Эрика.
— Боже, — выдыхает она, — мы готовы… Готовы заключить сделку хоть сейчас!
— Тогда я прямо сейчас к Вам выезжаю, — быстро говорит он, — до скорой встречи, мадам!
Она отбрасывает прочь телефон и бросается на шею Эрика с радостным визгом. Он глядит на супругу растерянно, совсем не понимая происходящего.