Поймав себя на том, что далеко ушла от реальности, Дженнер направила мысли в более практичное русло. Эти люди не самоубийцы. У них имеется определенная задача, и они желают выполнить эту задачу руками Дженнер.
Значит... она здесь ключевая фигура. Без нее им не обойтись. Заговорщики решились на похищение Сид, чтобы получить средство воздействия на Дженнер, чтобы заставить ее подчиняться их приказаниям. Скорее всего это означает, что ее саму действительно не тронут, как засветившуюся в их компании, но у Сид такой защиты нет.
Дженнер попыталась придумать осуществимый способ сорвать планы похитителей, но вскоре с неохотой признала, что до отвращения бессильна. Ее бесило это чувство беспомощности. Бесило ощущение уязвимости и неопределенность, как быть и что делать. Бесила посторонняя женщина, которая по-хозяйски расположилась в ее номере и невозмутимо читала принесенную с собой книгу, уделяя Дженнер не больше внимания, чем какой-нибудь мухе, – да даже меньше, потому что на муху хотя бы поглядывают, не прихлопнуть ли.
Лучше уж наказание, чем дальнейшее игнорирование. Дженнер решительно поднялась и направилась к дверям на балкон.
– Сядьте, пожалуйста, – любезным тоном, каким обычно предлагают чай или кофе, обратилась к ней Фэйт.
– Сяду, – буркнула Дженнер. – Но на балконе.
Сердце колотилось от страха, что за ее дерзость могут отыграться на Сид – не станут же они доставлять отрезанный палец, ухо или что-то еще сюда, в море? – но нет иного способа узнать границы дозволенного, кроме как такими вот мелкими рывками. Похитители должны уяснить, что если они и в самом деле тронут Сид, то рискуют довести Дженнер до такого состояния, что она взовьется на дыбы.
Всем им придется соблюдать некий баланс, поскольку ни одна из сторон не хочет вынудить другую к каким-то резким действиям, пришла к выводу Дженнер, шагнув на балкон.
Ее окутал теплый, влажный воздух. Движение лайнера создавало легкий бриз, благодаря которому температура оставалась комфортной. Подойдя к ограждению, Дженнер взялась за перила и немного высунулась, наблюдая, как исчезает слева вдали залитое солнечным светом побережье Калифорнии и Мексики, по мере того как «Серебряный туман» держит курс на юго-запад – больше на запад, чем на юг – к Гавайям. Даже легкий наклон вызвал головокружение, потому Дженнер ретировалась к шезлонгам, присела на тот, что стоял дальше всего от дверей, вытянула ноги и откинулась на высокую спинку.
Фэйт последовала за ней на балкон, прихватив книгу, и присела на шезлонг у самых дверей, так, что пленнице пришлось бы пробираться в каюту мимо тюремщицы. Дженнер уже обдумала расстановку сил и намеренно выбрала дальнее место, чтобы дать Фэйт понять, что не собирается делать глупостей.
Пребывание на воздухе между морем и небом успокаивало. Дженнер сбросила туфли, чувствуя, как ослабевает напряжение в теле. Пол балкона был собран из тика, между досками оставили зазоры для стока вода. Помимо верхней планки перил, балкон закрывали лишь панели из прозрачного оргстекла, не загораживающие вид. Рядом с лайнером кружили и парили белые чайки, наполняя воздух пронзительными криками, словно приветствуя серебристого гиганта, который уверенно рассекал пенные вершины волн всевозможных оттенков голубого и зеленого. В иных обстоятельствах зрелище было бы восхитительным.
Дженнер предположила, что соседние балконы пустуют, хотя кто-нибудь вполне мог, как Фэйт, молча читать там или даже дремать. Но учитывая, что круиз только начинался, большинство пассажиров, скорее всего, гуляли по лайнеру или встречались с друзьями, а может, делали и то и другое.
– Расскажите мне о нем, – попросила Дженнер, подразумевая незнакомца, с которым должна была закрутить роман.
Фэйт оторвалась от книги, слегка нахмурившись, посмотрела по сторонам и покачала головой. Хотя относительно возможного подслушивания она явно пришла к тем же выводам, что и Дженнер, но полагаться на случай все равно не собиралась.
Повысив голос Дженнер крикнула:
– Эй, соседи! Есть здесь кто-нибудь?
Фэйт встревоженно выпрямилась, будто изготовилась заткнуть Дженнер рот и утянуть ее обратно в номер. Но никто слева-справа не отозвался, равно как и сверху-снизу, хотя Дженнер не думала, чтобы звук туда долетал. Лайнер оказался гораздо тише, чем она ожидала от плавучего людского муравейника. Не считая шума набегающих волн, слышался лишь отдаленный гул мощных двигателей.