Но была загвоздка, решить которую он был пока не в силах… Падме должна лететь на Набу как голос Палпатина, заниматься службами налогообложения. Как итог - ни жену, ни детей он с собой взять не сможет, а значит все накрывалось медным тазом.
Лишь одно он знал точно посреди хаоса, потерянного в пространстве. Эту проблему необходимо решить. Семья должна лететь с ним…
Только Сила знает, что может произойти с Падме и малышами пока его не будет. Возможно, Сидиус попытается устранить ее.
Самое ужасное, что был лишь один способ сделать так, чтобы семья полетела с ним. Палпатин уверял, что Падме и малыши в безопасности… Нужно было дать ему понять, что это не так, только тогда он отступится от своих слов.
Был лишь один способ сделать это, поставить под сомнение все то, что говорил мастер, не подставляя при этом под удар себя, не давая поводов усомниться.
Инсценировать покушение.
Скайуокер покачал головой. Это невозможно. Если он сделает это, Айсард будет землю носом рыть, и рано или поздно найдет косвенные улики, которые укажут на него. Конечно, никогда не поздно сделать вид «я не я, планета не моя, и вообще ничего не знаю, зачем мне устраивать покушение на свою семью», однако, крупица сомнений в светлых очах Палпатина уже будет посеяна. Значит, он не поверит в то, что планировалось провернуть на верфях.
Нет, нужно действовать иначе.
Но как?!
Единственный способ – покушение. Инсценировать его, при этом не посеяв сомнений в Палпатине – невозможно.
Мысль возникла, будто из ниоткуда, озаряя хаос, что простирался внутри.
Если нельзя инсценировать, можно устроить настоящее.
«Это безумие» - проговорил разум.
«Вся твоя жизнь теперь безумие», - парировала интуиция. – «И непонятно, чем она станет дальше».
Стоило ли рискнуть? В том, что опасности для жизней семьи не было, он не сомневался. Сила подскажет, когда их потребуется защитить… и он сделает это, просто уничтожив наемников как пыль.
Ощупав Силой спальню, где мирно спала Падме, и детскую, где сопели малыши, он сел прямо на пол, погружаясь в окружающий океан Силы.
Принимать такое важное решение, в котором была куча ответвлений и моментов без помощи древней энергии, пронизывающей весь мир, нельзя.
Если раньше он знал, что иначе поступить не может, то сейчас… Если что, сейчас можно было просто отступиться, подождать другого случая.
Ответ могла дать лишь Сила.
Молекулы разошлись, приоткрывая врата в неизведанное. Миллионы, миллиарды дорог, которыми могло пойти будущее. Одно решение влияло на все цепочки, разрушая и меняя их до неузнаваемости.
Сейчас Энакину предстояло понять, как и каким способом необходимо действовать.
Вопреки ожиданиям, ждать ответа долго не пришлось: стоило задать вопрос, Сила всколыхнулась, открывая взгляду крайне неожиданный ответ, который Скайуокер и не рассматривал.
Ситх замер, вглядываясь в колыхающуюся картинку, пытаясь запомнить все детали, все мелочи, чтобы обдумать их потом.
Через несколько секунд его выкинуло в реальность, однако, Энакин уже знал, чего от него хотят.
Но мог ли он сделать так, как подсказывала Сила? Это было куда опаснее, чем просто нанять людей, которые выполнили бы его любой приказ за деньги…
«Зачем тогда было спрашивать?» - раздраженно обратился он к самому себе, поднимаясь с пола.
Сила подсказала ему идеальный вариант, и плюс ко всему показала неутешительную развязку того, что хотел предпринять он. Наемникам Сидиус не поверит. Нужно нечто куда более опасное.
К Силе необходимо прислушаться… каким бы безумием это не было.
Сила ничего не говорит просто так. Значит в будущем это еще аукнется.
- Ангел, пощади, - пробормотал Энакин, в очередной раз наблюдая как Падме меряет сотое или уже тысячное платье для поездки на Набу.
Та неопределенно хмыкнула, рассматривая себя в зеркале. После родов процесс был несколько болезненным, однако, сейчас ее тело вновь вернулось в идеальную форму – спасибо беготне по сенату, которая мигом помогла скинуть весь лишний вес.
Покачав головой, Скайуокер подошел поближе, нежно приобнял ее, и прошептал:
- Я конечно говорил, чтобы ты затянула отъезд, но не настолько и не таким способом.
Амидала улыбнулась, и, обернувшись, поцеловала его, пытаясь утешить.
- Я не задерживаю. Просто мне вправду не в чем ехать на Набу… - проговорила она. – Понимаешь, все мои платья в нужном стиле выполнены в красных тонах, а красный на моей родной планете носит только королева. Это будет оскорбление для Апалайны.
Энакин молча закатил глаза, признавая, что в таких темах он ничего не смыслит. Хоть и был смысл отправить ее сюда с той же Дорме, Сила подсказала, что ему нужно отправиться с ней. Очевидно, это был намек на покушение? Или просто удар пальцем в небо?
Сначала он сканировал каждый зал, пытался проникнуть в мысли и чувства каждого продавца, а потом отчаялся, понимая, что покушение случится не сегодня.
Времени до отлета Падме на Набу оставалось чертовски мало, и он уже начал волноваться, сомневаясь в успехе своего предприятия. Честно говоря, мучительное ожидание дейстовало на нервы – ему приходилось везде сопровождать Падме, куда бы она не пошла.
На Тайфо Скайуокер не рассчитывал, хоть тот и был первоклассным охранником. С теми, кого он решил натравить на свою семью, даже такой как Грегор не справится.
Однако… покушение не спешило происходить. Он уже потерял всякую надежду на то, что это случится сегодня. Мучительно хотелось уйти, но оставить жену одну в этом пусть даже и элитном торговом центре он не мог – Сила не разрешала ему уходить. Она предупреждала, что его план будет претворен в жизнь сегодня, несмотря на то, что рандеву по магазинам подходило к концу.
Еще раз получив такую необходмую подсказку, Энакин напрягся. Ему было не по себе, от того что он сделал, оттого, что пришлось подставить семью под такой удар… Но Сила никогда не врала.
Впрочем, волноваться было бессмысленно. В том, что он защитит Падме от опасности, причем играючи, он не сомневался, да и Сила не спешила убеждать его в обратном.
Предупреждение не прошло даром: пока Падме надевала очередное платье, он вновь начал непрестанно сканировать зал Силой, пытаясь найти тех, кто собирался сегодня уничтожить его жену. Теперь их брак перестал быть тайной – спустя несколько дней после совместного визита в сенат все стало известно широкой публике.
- Вот это прекрасное, - утомленный выбором, изрек Энакин, увидев жену в красивом золотистом струящемся платье.
Хитро прищурив глаза, она вновь уставилась в зеркало, рассматривая платье (или себя?) критическим взглядом. После долгой минуты, в течение которой Скайуокер непрерывно молился Силе, чтобы они уже покинули это ужасное место, полное страданий, Падме объявила, что довольна этим платьем, и берет его.
Едва сдержавшись от порыва воздеть длани к небу в благодарственной молитве, тот, ничем не показывая своей реакции, обнял жену, забрал у нее пакет, в который заботливые продавцы упаковали платье, и расплатился.
- Ты довольна? – спросил он у Падме, когда они вышли из магазина, направляясь к спидеру.
Та кивнула.
- Прости. Я, наверное, тебя утомила, - признала очевидное Амидала.
Энакин промолчал, лишь обнял ее крепче, давая понять, что не злится.
Да и как на Падме можно было обижаться?
Она была ангелом, посланным с небес еще тогда, на Татуин. Она была не такой, как другие женщины, которые даже не извинились бы после всех этих мучений, а приняли бы все как должное.
Падме была не такой… Она понимала и принимала все особенности мужа, которых было предостаточно – не каждая женщина такое сумеет.
Аккуратно погрузив многочисленные пакетики в спидер, он двинулся было открыть дверь для Падме, по всем законам приличия, и замер на полпути.