— А ты же какъ? спросилъ Гуго, продѣлавши въ точности все, что совѣтовалъ Коклико.
— О! я-то?… не бойтесь! у меня есть своя мысль. Еще не въ эту ночь меня поймаютъ!… Добрались?
— Добрался, отвѣчалъ Гуго, сидя верхомъ на стѣнѣ.
— Ну, графъ! теперь прыгайте внизъ.
— А ты же? бѣги хоть скорѣй!..
XIX
Что бываетъ за стѣной
Въ ту минуту, какъ Коклико пускался бѣжать дальше, держась поближе къ стѣнѣ, Гуго замѣтилъ вдали свѣтъ факеловъ, отъ гнавшагося за ними отряда полиціи; шумъ голосовъ доходилъ уже къ нему. Онъ пустилъ руки и упалъ безъ шума на мелкій песокъ аллеи. Прежде всего онъ осмотрѣлся кругомъ. Всюду — мертвая тишина; только вѣтеръ шумѣлъ голыми вѣтками. Подумавъ съ минуту, онъ вступилъ въ пустынную аллею, перешелъ черезъ лужайку, по серединѣ которой тихо журчалъ прозрачный фонтанъ, и вдали, въ смутной тѣни, за террассой, на которой стояли на мраморныхъ подножьяхъ бѣлые призраки нѣсколькихъ статуй, увидѣлъ величественную массу отеля, широкій фасадъ котораго и крыльцо съ двойнымъ всходомъ слабо выдѣлялись изъ мрака.
— Чортъ возьми! сказалъ онъ себѣ, я какъ будто узнаю этотъ отель.
Онъ вошелъ въ скрытую аллею, которая вела прямо къ террассѣ; не прошелъ онъ еще и половины этой аллеи, какъ увидѣлъ, что на встрѣчу ему идетъ женщина въ свѣтломъ платьѣ, раздвигая вѣтки и ступая не слышными шагами, какъ ящерица въ травѣ.
— Это вы, Паскалино? спросила она слегка дрожащимъ голоскомъ.
— Не знаю, я-ли Паскалино, но знаю хорошо, что васъ мнѣ нужно, чтобъ выбраться отсюда, отвѣчалъ Монтестрюкъ.
Незнакомка слабо вскрикнула и пустилась бѣжать. Въ три прыжка Гуго догналъ ее и принялъ въ свои объятія полубезчувственную отъ страха.
— Ахъ! я умираю! прошептала она.
— Нѣтъ еще! сказалъ онъ, цѣлуя ее въ шею.
Незнакомка очнулась и, смягчаясь, продолжала:
— А я приняла было васъ за вора… какъ легко можно иногда ошибиться!
Она поглядѣла на него съ боку, желая разсмотрѣть въ темнотѣ лицо и усы, коснувшіеся ея шеи. Не совсѣмъ еще прійдя въ себя, она опиралась на его руку.
— Гдѣ я? спросилъ Гуго.
— У принцессы Маміани.
— У принцессы Маміани!… Ты просто очаровательна, а если хочешь доказательствъ, то вотъ они.
И онъ опять поцѣловалъ ее, но на этотъ разъ уже въ обѣ щеки. Субретка скорчила скромную мину и прошептала, улыбаясь: — Не слѣдовало бы, можетъ быть, однакожъ доказывать мнѣ это такъ близко.
— А если ты хочешь, чтобъ я пересталъ, прекрасная Хлоя, то проведи меня поскорѣй къ принцессѣ.
— Такъ вы знаете, какъ меня зовутъ? ну, теперь я понимаю, отчего сейчасъ…
— Хочешь, чтобъ я опять началъ?
— Нѣтъ, пожалуйста!.. Скажите мнѣ только, кто вы такой? Гуго взялъ ее за руку и вывелъ изъ-подъ зеленаго свода аллеи.
— Посмотри-ка на меня!
— Графъ де Монтестрюкъ! воскликнула она.
— Онъ самый… что-жь, теперь ты проводишь?
Субретка отвѣтила легкимъ поклономъ и пошла прямо къ террассѣ.
— Вотъ приключеніе! говорила она. Признайтесь, однако, графъ, вѣдь я хорошо сдѣлала, что пошла сегодня вечеромъ гулять по саду.
— Я очень благодаренъ за это Паскалино.
Хлоя покраснѣла и, ускоривъ шаги, отперла маленькую дверь бывшимъ у нея въ карманѣ ключомъ.
Между тѣмъ какъ все это происходило въ саду принцессы Маміани, Коклико полетѣлъ было сначала птицей, спасаясь отъ дозора; но лишь только онъ обогнулъ стѣну, за которою исчезъ Гуго, и оглянулся кругомъ, чтобъ рѣшить, куда бѣжать дальше, какъ вскрикнулъ отъ удивленія, узнавъ отель принцессы.
— Чортъ возьми! какъ случай-то славно распоряжается! Значитъ, мы здѣсь на союзной почвѣ; ну, тутъ и останемся!
Въ эту минуту онъ увидѣлъ тряпичника съ плетушкой за спиной и съ фонаремъ въ рукѣ, только что вошедшаго въ эту улицу. Онъ кинулся прямо къ нему.
— Сколько хочешь ты, пріятель, за все твое добро?
— За все?
— За все.
— Да вы, видно, лакомка! отвѣчалъ тряпичникъ, поставивъ плетушку на столбикъ… Три экю въ шесть ливровъ… можетъ быть, слишкомъ дорого?
— Согласенъ на три экю! Поскорѣй только, давай сюда казакинъ и крючекъ!
Тряпичникъ, находя сдѣлку выгодною, не сталъ терять времени и въ одно мгновенье снялъ свое заплатанное платье, а Коклико надѣлъ его поверхъ своей одежды. Въ какихъ нибудь три минуты переодѣванье было окончено. Тряпичникъ ушелъ, постукивая въ рукѣ своими тремя экю, а Коклико улегся у столбика, положивъ плетушку рядомъ. Какъ разъ было пора: два солдата изъ дозора выбѣгали изъ-за угла.
— Эй! ты съ фонаремъ! ты ничего не видалъ? спросилъ одинъ изъ нихъ, толкнувъ Коклико ногой.