— Нет, история нужна… Вдруг какую историческую передачу придется освещать? Сочинения тоже важны, надо уметь писать тексты не только из трех букв… Вот физику, химию… отменить бы ее…
— Не произноси при мне это слово! — сказал Костя. — Как меня эта физика достала!
— Сам виноват, нечего было в авиационный идти, шел бы в педагоги или еще куда…
— Какой из меня учитель? Музыки, что ль? Авиационный… А так я хотел в бронеходную академию, но, блин, по здоровью не прошел…
— Значит ты, Ань, завтра не пойдешь гулять? — уточнил Вася.
— Пойду, если позовут, — подмигнула ему Аня. — Домашку вечером сделаю. А куда, кстати, планируешь?
— Да в Питер смотаемся, у приятеля день рождения…
— Так это на весь день… — разочарованно вздохнула Аня. — Ладно, если бы тут было…
— Почему? Ну, подумаешь, десять минут до Москвы и полтора до Питера на магнитке… и там минут двадцать на метро…
— Ладно, посмотрю, как завтра чувствовать себя буду.
— Ну да, вдруг сегодня печенье несвежее попадется…
Внезапно из динамиков раздался красивый женский голос: «Поезд прибыл на станцию Раменское. Уважаемые господа, при выходе из поезда не забывайте личные вещи. О подозрительных предметах сообщать машинисту или чину полиции…»
— Выходим быстро! А то в Воскресенск уедем! — скомандовала Аня.
— Далеко до дома-то? — спросил Костя, когда они вышли из поезда.
— Не очень. Минут пять на маршрутке… Или можно на электричке до «Фабричной», они параллельно магнитке ходят…
— Да ну, может, пешком…
— Зачем пешком? У меня тут машина припаркована, — возразил Вася.
— Какая у тебя? — полюбопытствовал Костя.
— «Жигули», «двадцатка».
— «Жигули»? Это ведро с гайками, а не машина… Вот у меня «Опель» — прелесть, а не машина, умеют пруссаки их делать…
— У меня не просто «Жигули», а «Жигули», выпущенные в Корейском королевстве, — с гордостью отметил Вася.
— О… вот это машина! А наши «Жигули»… Вроде тоже самое, что у корейцев, но выходит полная ерунда. Даже странно: бронеходы лучшие в мире выпускаем, самолеты-корабли в первой пятерке, а вот машины… все равно ведра с гайками.
— Места под заводы заколдованные выбирают, что ли?
— Мальчики, где машина? Ведите!
— Сейчас!
Кратово, 2009 г.
Ольга Тонина, Александр Афанасьев
БОЛВАНКА
«Вот в панцер вдарила болванка.
Прощай навеки Фатерланд!
Пять черных трупов обгоревших
— Ты уверен? — Упырь с тревогой рассматривал окружающую местность через прибор ночного видения.
— Абсолютно! — заявил Шмель. — Погода соответствует. Справа шоссе. Утром по нему попрутся танки Гудериана. Что тебя смущает?
— Тихо как-то. И народу никого.
— Все к бою готовятся.
— Все равно, что-то не так!
— Да тебе всегда, Серега, что-то не так! — взвился Шмель. — И танк тебя не устраивает! И машина времени тебе не понравилась! Между прочим, наш Т-90 — самой навороченной комплектации! Если наш вояж сегодня-завтра удастся, то мы можем сюда половину Кантемировской перебросить и устроить немцам — «драп нах дойчланд»!
— А ну тихо! — рявкнул Кот, в миру майор Иванов Михаил Альбертович. — Совинформбюро поймал!
— ….ожесточенные бои на подступах к Смоленску. Экипаж танка лейтенанта Лавриненко в одном бою из засады уничтожил двенадцать танков противника…
Далее в сводке упоминались бои на подступах к Киеву, бои в районе Лужского рубежа.
— Трындец какой-то, — заявил Упырь, в миру капитан Гончаров Сергей Алексеевич. — Что-то я ни-фига не понял. Луга, Киев, Смоленск. Ноябрь 1941! Какие Луга, Киев, Смоленск? Что с немцами? Или мы не первые? Или у дойчей СПИД напополам со свинячим гриппом и эпидемией диареи? Кот! Давай крути волну, ищи Геббельса и радио союзников! И дату! Дату старайся уточнить!…
Час борьбы с волнами радиоэфира принес все те же грабли — ноябрь 1941 года, немцы там же, где и говорилось в сводке Совинформбюро.
— Мда, — протянул Шмель. — Блин, нам до Смоленска, как до Парижа раком! И топлива хрен хватит, и первый же регулировщик остановит! Ведь не будешь же со своими драться! Че делать-то? — Шмель, он же капитан Изябеков Рафаил Самаркандович, посмотрел на Кота.
— Конспектировать и домой возвращаться, — задумчиво ответил Кот. — Самое главное мы уже проверили — машина времени действует. То, что мир не совсем тот — не важно! Подозреваю, что в НАШ мир мы и не могли бы попасть — из-за, скажем, невозможности нарушить причинно-следственный закон. Попали в параллельный. Ну и хули? Что меняется? Фашисты — они и здесь фашисты! Слышал, что про разрушенные и сожженные деревни говорили? А про зверства полицейского корпуса СС под командованием Манштейна?