— Надеяться не запретишь, — злобно говорю я.
Риодан даже не замечает, что я заговорила. Я ерзаю на стуле и смотрю на его затылок.
Он возится с бумагами.
Он возится с бумагами уже больше часа. Какие бумаги и зачем нужно заполнять в этом раздолбанном мире?!
Он ничего не сказал, когда я вошла, так что и я ничего не сказала.
Мы просидели в полной тишине один час, семь минут и тридцать две секунды.
Я стучу ручкой по краю его стола.
И не собираюсь первой начинать разговор.
— Так какого черта я снова тут? — говорю я.
— Потому что я так сказал, — отвечает он, не поднимая головы от той глупой работы, которой занят.
— Ты собираешься заставить меня разбираться с бумагами? Я Робин, а ты Бэтмен, или я дурацкий временный помощник, который нужен тут, чтобы точить тебе карандаши? Нам нечем больше заняться? К примеру, разгадать твою загадку? Ты хочешь, чтобы заморозили еще больше мест? Мы будем зависать тут и ждать, пока это случится?
— И Робин, и дурацкий временный помощник пришли бы вовремя.
Я выпрямляю спину, которая ссутулилась от скуки, и начинаю стучать быстрее.
— Так вот в чем дело? Ты наказываешь меня за опоздание?
— Умная девочка. Прекрати стучать. Ты меня злишь.
Я стучу быстрее. Он меня тоже злит.
— Так что, если в следующий раз я приду вовремя, мне не придется сидеть и смотреть на твою дурацкую писанину? Кстати, я не верю, что ты действительно ею занят.
Половина ручки — которая торчала ниже моего кулака — внезапно осыпается пластиковым порошком. Я моргаю, глядя на него.
Я не видела, как Риодан двигался, как он ее сломал. Но теперь вижу маленькие крошки синего пластика на ребре его ладони, вижу чернила, которые он размазывает по бумаге, с которой работает. Я сажусь еще прямее. Придется хорошо потрудиться, если я хочу когда-нибудь стать такой же быстрой.
— Я делаю то, что делаю, Дэни, потому что рутина движет миром. Кто контролирует трудовые будни, тот властен над чужой реальностью.
— Ты поэтому крадешь всю еду?
— А, так вот почему ты сорвалась и разбила мои ящики. Нет. Я собираю оружие. Кто-то другой запасается едой. Это слишком приземленно даже для меня. Я вооружаю массы. Кто-то другой готовится уморить их голодом.
Я не хочу, но все равно восхищенно гляжу на него.
— Ты знал, что это происходит.
Он знает об этом дольше, чем я.
— Кто-то уже давно вычищает магазины. Где ты была?
— Да так, висела прикованная в чьей-то темнице. Чувак, пожалуйста, давай что-то сделаем, пока я не подохла от скуки? У нас есть загадка, которую нужно разгадать!
Он смотрит на меня. И почему я думала, что у него бесстрастное лицо? Оно сейчас говорит полными предложениями.
Я закатываю глаза.
— Да ты, наверное, издеваешься.
Он склоняет голову и ждет.
— Ты правда хочешь, чтоб я это сказала?
Он скрещивает руки на груди.
Я едва не давлюсь языком, пытаясь это выговорить. Но я готова на что угодно, лишь бы не сидеть всю ночь в его кабинете. Мне надоело наблюдать за Невидимыми под моими ногами. Мысленных пометок я уже наделалась до озверения. Мое молодое тело жаждет действий. Во мне, под самой кожей, поют высоковольтные провода. Если я не разряжусь, то умру. Зажжем эту ночь! Там, снаружи, куча всего происходит, а я тут застряла!
— В следующий раз. Я. Буду. Вовремя.
— Хорошо. В следующий раз тебе не придется сидеть в моем кабинете всю ночь.
Я вскакиваю со стула.
— Отлично, пойдем!
Он усаживает меня обратно.
— Но сегодня ты облажалась. Так что сегодня сидеть придется.
Семь часов спустя мне становится ясно, что Лор, возможно, был прав. Я могу сломаться. Семь часов скуки — и я превратилась в лужу безволия, готовая практически на все, лишь бы гарантированно сменить сценарий. С цепями я еще могла мириться. Со скукой — ни за что. Мой мозг опережает мои ноги, и мне не нравится думать, куда я иду. Я просто иду.
В шесть часов утра Риодан поднимает взгляд и говорит:
— Сегодня в восемь вечера, Дэни.
Я злобно смотрю на него и направляюсь к двери. Она не открывается. Я злобно смотрю и на нее. Вся ночь коту под хвост. И новые секунды утекают, пока я жду, чтобы мой тюремщик меня выпустил.
Не так уж много вещей я считаю преступлениями. И грехами тоже.
Но во главе обоих списков стоит убийство времени. Это время можно прожить весело, сделать что-то крутое, можно играть в игры или работать в поте лица, если возникнет такое желание, главное — делать что-то. Убийство времени — это аборт, жизнь, которая не становится жизнью, она просто уходит, теряется. Клетка с ошейником и так убили достаточно моего времени.