- Надеюсь, что вы не посрамите своего отца, леди. Чем вы занимаетесь вместо подготовки к дебюту?
Боже! Она даст мне спокойно поесть?
Графиня Номберт тоже не могла ни о чем говорить, кроме предстоящего выхода в свет. Ведь, как она считала, это самый важный этап в жизни девушки, только входящей в общество и возможность завести нужные знакомства, найти жениха.
Конечно, знакомства - важная составляющая, жених же мне не сдался, но загвоздка была в том, что для того, чтобы уехать из поместья он был мне необходим.
Может заплатить кому и все? Почему в жизни так любят усложнять?
Вечером я зашла в библиотеку, чтобы почитать свои любимые романы, ну или написать что - то свое.
Это стало моим своеобразным хобби, про которое никто не знал, даже Кассиус, иначе я бы просто сгорела со стыда, узнай, что он прочитал мою пошлую писанину (ментально было то больше шестнадцати лет).
Сквозь открытое окно дул немного холодный ветер и одновременно приятный ветер.
- Госпожа.
Как по мановению палочки тонкая шаль опустилась на мои плечи.
- Я подумал, что вам станет прохладно. - проговорил Кассиус. - Вы же вечно сидите с открытыми окнами.
Ах, какой же он красивый! Где же мой телефон, когда он так нужен. Жаль, что рисую я тоже плохо.
Вечно я забываю, что он как - никак главный злодей. А как тут не забыться, когда природа таким лицом наделила!?
- Спасибо, Касс. Присаживайся давай. - указала я на кресло рядом.
Он сидел так близко, что казалось еще чуть - чуть, и наши руки соприкоснуться.
- Ваша сережка упала. - неожиданно сказал парень. - Минуту!
И вправду. А я даже не заметила.
Кассиус где - то ее нашел.
- Разрешите?
Я молча кивнула.
Он аккуратно отодвинул вбок мои волосы и его руки мягко коснулись сначала шеи, а потом мочки уха. Кассиус делал все так невесомо, будто я сломаюсь, примени он чуть больше силы. Места, где он докасался, горели, а мои щеки почему - то заалели.
Это нормальная реакция. Я старалась успокоиться. Ничего же не было, от чего же так смущаться, тут всего - то Касс. И он не для меня.
Клац.
На смену его рукам пришла пустота.
- Готово. - его тихий шепот опалил мое ухо. - Больше не теряйте.
Остаток вечера прошел в тумане. Я полулежала и слушала, как Кассиус читал мне сборник стихов известного поэта.
Мир любви обрести без терзаний нельзя,
Путь любви отвести по желанью нельзя.
И пока от страданья не станешь согбенным,
Суть его донести до сознанья — нельзя!*
А потом я унеслась в царство Морфея, уже не чувствуя, как меня накрыли одеялом и долго размышляя о своем рядом сидел прекрасный злодей.
Так точно не должно было быть. Но и отрицать того, что дочь Лакруа не вызывала в нем ненависти он не мог. Наоборот, эта девочка будила в нем хорошее, вытаскивая из пропасти давно похороненную человечность. Она напоминала ему о том, что он живой. Время, которое они провели вместе не могло не сказаться на его душе. Они были похожи! Да...Загнанные в угол, брошенные на выживание, но в разной форме. И они боролись.
Скоро, уже скоро он освободится от раздражающих оков, что мешают ему, ведь он знает, где искать последний нужный ключ к разгадке...
Всем привет, читатели!) Простите за недолгую пропажу. И спасибо за звездочки и библиотеку! Всех обнимаю! Карина)
Глава 9
Нет! Нет! Только не снова!
Удушье. Ощущение скованности, будто тело сдавило цепями. Оно мучает меня почти каждую ночь, начиная с позапрошлого года. А еще и кошмары прибавились.
Сны с Марианной мне больше не снились, но появились другие.
И во всех я умирала. Нечеткие, неясные картинки сменяли друг друга, то счастливые и умиротворенные, то жуткие, кровавые и устрашающие.
Холодный пот струился по лицу, а в груди тянуло.
Но я знаю, что все пройдет через минут пять - десять. Всегда проходит. Стоит ли искать значение в сновидениях, мне неизвестно, да и хочу ли я знать на самом деле, что вижу? И да и нет.
Я боялась правды. Вдруг я увижу то, что мне не следовало или попаду в еще более худшую ситуацию? Разве мне мало проблем.
До сих пор мне неизвестно ничего особенного, ведь до самых основных событий еще два года. Хоть мы с Кассом и стали близки, но я прекрасно понимала, что мы оба храним секреты. Лишь однажды он ненароком обмолвился, что у него была сестра, но и она и его родители уже давно мертвы. В каждом нашем разговоре он возводит стену и одевает маску, боясь показать истинные чувства.