Выбрать главу

Вскоре его освободили от работы на мельнице, обвинив в растранжиривании гарнцевого сбора. Орлов воспринял это как большую обиду, считая, что он много труда вложил, чтобы восстановить разрушенную мельницу; взыграло больное самолюбие, и он средь бела дня убил председателя селькресткома Паншина, отомстив за снятие с мельницы. Случилось это так.

В селе Грачевке был назначен показательный суд над группой кулаков, пытавшихся спалить колхозный двор. Около двух часов пополудни в село приехали прокурор и судья. Участковый уполномоченный милиции Аким Васильевич Сплюхин бегал по селу, сзывая людей в школу, где должен был состояться суд.

Председатель сельского крестьянского комитета вышел из дому и не спеша направился к школе. Поперек его пути неожиданно встал Орлов.

— Ты еще не пил из этой вот бутылки? — издевательски спросил Орлов, показывая морской кортик, и тут же нанес Паншину, не успевшему сообразить, в чем дело, несколько смертельных ударов в грудь.

Бандит вскочил в чью-то запряженную двуколку, стоявшую у плетня, и умчался в сторону хутора Зеленогорского. Пока люди опомнились и поняли, что произошло, Орлова, как говорится, и след простыл.

Он укрылся в лесу, вблизи дома лесника Радайкина, и стал ждать, когда появится на лесной тропке жена лесника Арина, с которой он сожительствовал в холостяцкие годы. Орлов не сомневался, что та примет и укроет его.

Вечером со стороны села показалась женщина. Начало темнеть, и лишь в пяти метрах он с трудом узнал Арину.

— Господи! Кто это? — крестясь, отшатнулась женщина.

— Не бойся, Арина. Это я — Ванюшка Орлов.

— Откуда ты взялся, леший тебя подери?

— Да вон за елью ховался, тебя ждал… Беда у меня, Аринушка, спасай!

— Что стряслось-то?

— Прикончил одного гада, наверное, ищут. Муж дома?

— Нет, в Самару вызвали, на какие-то курсы.

— Вот и хорошо, поживу маленько у тебя, вспомним молодые годы, — сказал он, двусмысленно улыбаясь.

— Дети же дома, — засомневалась Арина: ей хотелось принять Орлова, но удерживал страх.

— М-да, — задумался Орлов и тут же сообразил, что можно укрыться в бане. — Нельзя ли в бане пожить?

— Это можно, — согласилась Арина.

В доме лесника Орлов задержался несколько дней. Неожиданно раньше назначенного срока возвратился домой Радайкин. В первую же ночь, выйдя по малой нужде во двор, лесник заметил узкую красную полоску света в банном окне. Как потом выяснилось, Орлов закуривал и, полагая, что окно хорошо завешено, не очень прятал зажженную спичку.

Радайкин подошел к бане и, к удивлению своему, обнаружил на ее двери большой амбарный замок. «Сроду-то баню не запирали», — подумал он, — может, кто прячется там?»

— Ты кого укрываешь в бане? — строго спросил лесник, ворвавшись в дом.

— Окстись! Приблазнилось тебе.

— Почему баня на замке?

— Ну почему, почему… Чтобы парни не нагадили, — нашлась наконец жена.

— Будя брехать! В жизни никто из села не приходил в нашу баню.

— Много знаешь! Не тебе, а мне убирать приходится.

— Где ключ? Тебя спрашиваю, где ключ?

— Тут где-то, утром найдется, — Арина надеялась ночью незаметно выскочить и предупредить Орлова об опасности: знала, что встреча мужа и любовника добром не кончится.

— Не утром, а сейчас надо! — требовал Радайкин, охваченный ревностью.

— Ну не знаю, Егорушка, куда засунула. Чего привязался?

Арина со страхом следила за каждым шагом мужа. Ключи лежали в кармане шубейки, это она хорошо помнила.

Егор нашел ключ, зажег фонарь «летучая мышь» и вышел во двор. Арина схватила шубейку и, не попадая в рукава на ходу, поторопилась за ним.

Еще в свои холостяцкие годы Орлов и Радайкин не один раз, точно свирепые петухи, схватывались из-за нее, в кровь бились. И только после того, как Ваньку-Резака отправили в неближние места, Арина согласилась без любви выйти за Егора.

После первой ночи муж долго допытывался, кто лишил ее невинности, угрожал опозорить на все село, и Арина вынуждена была признаться, что согрешила с Ванькой Орловым. С той поры жгучая обида, как негаснущий уголек, тлела в памятливом сердце Радайкина.

Лесник крупными шагами пересек двор, сбросил замок с двери и осветил баню. Орлов, разбуженный криком Арины и лязгом отпираемого замка, приготовился к встрече с соперником.