– А где дома? – спросила Мэг.
Действительно, не считая небольшого поселения возле космопорта, никаких других следов цивилизации в обозримом пространстве не наблюдалось.
– Под землёй, – обыденным тоном голоса ответил Скай.
Впрочем, это действительно не являлось чем-то уникальным и новым. На Земле тоже реализовывались подобные проекты, но в гораздо менее красивых и комфортных для жизни на поверхности местах. К тому же обычно над так называемыми эко-городами возводили стеклянные купола, хорошо заметные даже с большой высоты. Здесь ничего подобного не наблюдалось или выглядело как-то иначе. Например, материал «крыши» был настолько прозрачным, что не бликовал под лучами небесных светил или отсутствовал вовсе.
– Подлетим ближе, поймёте, – снисходительно ответил Скай на озвученные нами догадки.
Девчонки продолжили строить гипотезы и обсуждать всё что видели вокруг, а я сообразила, что ответы можно поискать в информации, которую предоставил Скай. И тут меня поджидал большой сюрприз. Нет, вовсе не инопланетное чудище, вынудившее колонизаторов Лаиша вести подземный образ жизни. Всё оказалось куда прозаичнее: на Лаише активно велась добыча энергетических кристаллов, экспорт которых являлся хоть и не единственным, но главным источником дохода местных жителей, причём неважно, трудился ты непосредственно на руднике или работал в какой-то иной сфере. Каждый лаишанин ежегодно получал процент с продажи национального природного ресурса. Справедливо, ничего не скажешь. Однако были ограничения: данное благо распространялось только на граждан Лаиша – одноимённого и единственного государства на планете. В своё время лаишане дорого купили независимость от Земли, откуда были первые здешние поселенцы, и относительно недавно их новый дом стал полноправным членом Содружества Млечного Пути. Неудивительно, что получить гражданство Лаиша было практически нереально. Даже брак не давал такого права, а при разводе бывшего супруга-инопланетника и вовсе депортировали. Впрочем, разводы, как и рассказывал Скай, действительно были редкостью, тем более, если в семье имелись дети. Для расторжения брака необходимы были веские причины и неоспоримые доказательства их правдивости.
Разработка месторождений энергокристаллов велась очень бережно. Как только кратер рудника достигал определённого размера, его стены укрепляли и террасировали. Затем строили дома, большей своей частью, утопленные в землю, разбивали сады и парки. Добычу кристаллов продолжали, но уже подземным способом. Вся необходимая для этого инфраструктура располагалась на дне котлована, который со временем из-за буйной растительности становился похож на глубокий овраг и сливался с окружающей его гористой местностью. Наземные постройки демонтировали, возвращая природе первоначальный девственный вид.
Но лично для меня сюрприз состоял в другом. Подключившись в местной коммуникационной сети, я уточнила предоставленные Скаем сведения. По всему выходило, что на Лаише не жаловали браки с инопланетниками, особенно с землянами, как бы парадоксально это не звучало, учитывая происхождение колонистов. Прямого запрета не было, зато в обществе наличествовало однозначно негативное отношение к подобным союзам, кстати, очень редким. Поэтому сбежать со свадьбы, если каким-то чудом до неё всё-таки дойдёт, будет легче лёгкого. Родители Ская, скорее всего, самолично устроят мне побег, ещё и доплатят за скорость.
– Чего скисла? – поинтересовался Заноза.
Оказывается, для того, чтобы мужчина напрягся, достаточно на несколько минут притихнуть и придать лицу загадочно-задумчивое выражение, а для усиления эффекта украдкой вздохнуть. С последним я экспериментировать не стала, но и расслабиться подопытному не дала – томно пожала плечиками и неопределённо ответила:
– Да так…
Пусть думает что хочет и мается догадками, вдруг я какую месть планирую за его ко мне потребительское отношение.
Глава 10
Вопреки ожиданиям, место, куда мы прилетели, располагалось не глубоко, а высоко – на искусственно террасированном склоне горы. Возведённые на широких горных уступах дома – небольшие, в один или два этажа – были настолько умело вписаны в природный пейзаж, что сливались с ним в единое целое, будто бы не построенные, а выросшие здесь сами по себе вместе с окружающими их деревьями и пышно цветущими кустарниками.
Снаружи к домам вели петляющие по склону лестницы, но где-то, подозреваю, возможно внутри горы, располагались лифты. К тому же на каждом уступе имелась своя посадочная площадка для аэротранспорта.