– Да уж, – безуспешно пытаясь перерубить поваленный наземь ствол, Ермил вытер рукавом пот. – Этак мы до утра провозимся. А все ты! Сушина, суши-на… Лучше бы хворосту поискали.
– Ага! Тоже к утру бы и нашли, – с хохотом возразил Велька. – Да не нашли бы – темень.
Солнце уже скрылось где-то далеко за Днепром, окрасив золотистой зарею дальний край неба, еще немного и начнет смеркаться, а там и ночь, непроглядная, темная…
Ермил вдруг принюхался – с берега явственно потянуло дымком.
– Тут вон кто-то встал, рядом, – пригладив рыжие вихры, Велимудр напряженно всмотрелся, словно хотел пронзить взглядом густой подлесок – целые заросли можжевельника, смородины и малины. Не сушина бы, так пришлось бы кусты рубить. Толку, правда, от таких «дров» маловато…
– А давай-ка я сбегаю! – чуть подумав, радостно предложил Велька. – Там ведь из наших кто-то! Неужто пилу не дадут? Нам ведь ненадолго.
– Дадут! – бросив топор, Ермил радостно потер руки. – Давай и я с тобой.
– Не, друже! Оставайся-ка здесь да сторожи су-шину. Сам знаешь, лодейщики – народ ушлый! Заметят – враз унесут, плакали наши дровишки. Да я быстро. Жди!
Сказал – и нет его. Лишь рыжие вихры за кустами мелькнули.
Велька бежал быстро – время дорого, вот уже и берег показался, и две ладьи, и разгоравшийся костер, и…
– А ну стой! – из зарослей выскочила наперерез бородатая рожа! По виду – сущий разбойник: кольчуга, копье… нет, скорей – рожон, рогатина: древко короткое, толстое, а уж острие – на медведя. И вот это-то острие уперлось парню в грудь. Чувствительно так кольнуло… не до крови, нет, но приятного мало. Впрочем, понятно было – не разбойник сей бородач, а, наоборот – сторо́жа.
– Я это… Тоже с ладьи… «Огненный конь»… Рогволд Ладожанин.
– Рогволд? – часовой прищурился. – Так ты земляцок, цто ли? А зацем к нам идешь?
Судя по «цоканью», тут встали новгородцы.
– Не, я не с Ладоги, из Турова мы… Но да, с Рогволдом. На его ладье. Слышь, дядько, у вас пилы не будет?
– А-а! Вот ты зацем пришел. Пилу нашу украсть. А ну, шагай!
– Да не хочу я никаких пил красть!
– Шагай, кому сказано!
Так вот, под конвоем, Велька и зашагал к берегу, к костру. Сидевший у костра осанистый кудрявый детина деловито помешивал в котле большой деревянной ложкой.
– От, Всеславе, татя лесного поймал! – похвастался бородатый. – Пилу нашу украсть похощет!
– И не украсть, а попросить, – Велька упрямо набычился. – Ненадолго.
– О! Рыжий! – обернулся кашевар. – Ты, Хотяша, иди, сторожи дальше…
– Дак этот-то…
– А с этим я разберусь. Ну? – детина кивнул на плоский камень под старой березою. – Садись, рассказывай. Кто таков, откуда будешь?
– Так я и говорю… Рогволд, «Огненный конь»… дяденька, мне пилу бы, а то посейчас стемнеет и… Ой!
Велимудр глазам своим не поверил. На березе, на сучке, висела… красивая и хорошо знакомая вещь! Украшение, височное кольцо, какие носили девы. Кольца такие обычно подвешивались к повою – широкой цветной ленте, головному покрывалу – на небольших ленточках. Для красоты! Велька знал, что у каждого народа свои кольца: у соседей, радимичей – семь лучей, у северян – спиральки, у дреговичей же – в виде трех бусин. Захочешь – не спутаешь.
– Ну, так ты сам-то кто?
– Я… Велимудр, из рода… из дреговичей мы…
– А, болотные… Не ваши такое колечко носят? – перехватив взгляд парня, Всеслав кивнул на березу.
– Да, похоже, что так, – рыжий поднялся с камня. – А можно посмотреть?
– Ну, посмотри…
Велька побежал к березе… Ну, точно! Оно и есть. Три бусины. Дешевенькое – не серебро, не злато – медяха начищенная.
– А где нашли-то?
– Да тут и нашли, на березе. Видать, повесила дева да и забыла… растеряха болотная.
– Сам ты… Ой, дяденька! А можно, я это кольцо заберу? Не насовсем – сотнику своему покажу.
– Да бери хоть и насовсем, – неожиданно расщедрился новгородец. – Куда оно нужно-то?
– Ой, благодарствую!
– Рогволду поклон! Пущай заходит.
Вежливо поклонившись, Велимудр бросился было обратно… но тут же вернулся, снова отвлек кашевара:
– Дяденька Всеславе! Мне бы пилу…
– Ох ты же и нахаленок! – обернувшись, незлобиво расхохотался детина. – Вот уж верно говорят: рыжему да косому палец в рот не клади – всю руку откусят.
– Так пила-то…
– Вон, мужиков у ладьи видишь? Подойдешь да спросишь. Скажи – Всеслав разрешил.
– Ой, дяденько…
– Да смотри – не вернешь, на морском дне достану!
Уютно шаял костер. Потрескивая, догорали дровишки. Вкусно пахло ухой, кою нынче варили по-походному, бросив в большой котел всю пойманную рыбу. Пекли на углях перепелов – добычу Жердяя.