Миша вытянул ноги, невольно наслаждаясь покоем и негой. Как-то стало лениво думать, нужно было как-то себя встряхнуть, настропалить, заставить…
«А, может, ну его к черту. Сэр Майкл? Действовать, как действовал. Только сузить круг посвященных. Отныне каждый – каждый! – должен знать только то, что касается непосредственно его, в соответствии с поставленной задачей. И задачу надо ставить – прямо перед исполнением. И без лишних ушей. Тьфу ты… Как же тяжело подозревать своих! И тем не менее…Что нужно делать? Ясно – искать другого свидетеля, вернее – непосредственного участника. Того самого смазливого стилягу – Ксенофонта или как там его – Мануэль Ларгис? В баню сходить… В ту, с девками… С Рогволдом… Так, варяг! Варяг не мог бы быть… Хм… Вряд ли, сэр Майкл. Рогволд мог бы их вообще на корабль не взять или по пути отравить, перерезать – команда-то у него куда больше всей вашей ватаги! И к кормщику именно Рогволд и вывел, подсказал. Нет, Рогволд – вряд ли предатель, слишком уж много лишней суеты, а он, как и любой купец – человек расчетливый. Значит, с варягом – в баню, тайком от всех, чтоб никто ничего. А дальше кого привлечь – там видно будет. Заодно и проверим… всех… одного за другим… постепенно… И, если что-то пойдет не так, то… Можно будет предателя и вычислить! Если он есть».
Ближе к ночи явились и парни – Ермил с Велимиром. Доложились. Следователя – старшего тавуллярия – звали Демид Евпатор, и дело о смерти неустановленного лица он, похоже, прикрыл. Во всяком случае, сегодняшним вечером никуда не ходил, ни с кем не общался.
– Ну, так на то и завтра будет день, – встав с лавки, отмахнулся сотник. – Что еще расскажете?
– Слышали, как болтали в таверне. Мол, тут так бывает, случается… Найдут ли убийцу, нет – бог весть.
Время между тем шло, бежало, словно ладья по речной стремнине. Прошел-пролетел сентябрь, наступил октябрь, немножко запахло осенью. Понемногу желтели деревья, ночами стало холодать, а днем было очень даже хорошо, нежарко. Правда, море частенько штормило, да иногда шли дожди, вовсе не нудные, наоборот – бодрящие такие, весенние. На рынках все было дешево – и фрукты, овощи, хлеб, не говоря уже о рыбе. В отличие от Западной Европы, где почти каждый водоем имел своего хозяина, какого-нибудь сиятельного графа или барона, Мраморное море и Эвксинский Понт в Византии еще никто не приватизировал, ловить рыбку дозволялось всем. Вот она и ловилась, большая и маленькая. Жердяй со своей знаменитой острогой никогда без добычи не возвращался, да ему в помощь сотник частенько отправлял парней. Девчонки уже распродали все запасы дедова меда и свечей, так что вояж окупился с лихвою. Осталось лишь главное дело – пленниц отыскать. И с этим вот как-то все дело затормозилось. В баню – ту самую, с веселыми девками – Михайла с Рогволдом заходили пару раз, осторожно расспрашивали – никто молодого ромея не опознал. Ни по описанию – смазлив, чернобров, статен, – ни по имени – Мануил Ларгис, он же Ксенофонт. Да в Царьграде таких Ксенофонтов пруд пруди.
С другой стороны, таинственная, противодействующая поиску девушек, сила не проявляла себя никак. Никого больше не убили, не выкрали, а дело кормщика Исидора заглухарилось само собой. Миша специально интересовался – убийцу так и не нашли. Плохо искали? Или просто не хотели искать? Как обычно, списали на неких лихих людишек.
Списали и списали, ладно. Хорошо уже, что сотника и его людей никто не трогал. Так и жили себе, спокойно, но как-то безрадостно – дело-то, ради которого явились, пока что не продвигалось ни на шаг.
Однако Михайла не расслаблялся, действовал осторожно, в основном лично, лишь иногда привлекая Рогволда.
Вспомнив своих старых ромейских приятелей (по Турову, по Киеву, по каравану), Миша навестил их всех. И каждого расспрашивал. Так, исподволь…
И однажды, наконец, повезло! Впрочем, вряд ли здесь уместно это пустое слово. Ежели бы не ежедневные рассуждения, разговоры, попытки что-то узнать – все эти встречи – так вряд свезло бы! Но тут…
С хозяином добротного торгового судна «Черная корова», почтенным негоциантом Антиохом Ставросом сотник столкнулся, можно сказать, случайно, когда в очередной заглянул во Влахернскую гавань – на предмет походить по тавернам, послушать, порасспросить…
– А, Мисаил! – похожий на английского помещика купец, завидев старого своего знакомца, распахнул объятия. – Вот так встреча! Давненько не виделись… Чего не заходил? Ах да, я же был в Смирне… Вот, вернулся! И как удачно обернулся, слава Господу Иисусу Христу. Да иди же скорей сюда, друг! Надеюсь, ты больше не попросишь у меня греческий огонь? Да шучу, шучу, не пугайся! Вот, вот в эту таверну мы с тобой и заглянем. Ты знаешь, как там готовят баранину с черносливом? А какое там подают вино! Не вино – нектар. Воистину так. Да пойдем, пойдем, сам оценишь.