Салли высказал не дающую ему покоя мысль.
— Не слишком ли это глупо — вести такую записную книжку?
— Сколько телефонных номеров ты можешь запомнить? — Она перебила его, когда он уже открыл рот для ответа, и прибавила: — Многие люди меняются. Некоторые погибают, и их приходится заменять. И если не знать, что это за сведения, что делать с такой книжкой? Все носят с собой ежедневники, карманные календари, электронные органайзеры. Это даже не покажется странным. Кроме того, Фила окружали телохранители!
— Кто-то проник в дом и обыскал кабинет.
— Думаешь, мне это не известно? — уныло спросила Джессика, возвращаясь снова на дорожку.
— У кого она сейчас, как по-твоему?
— Не знаю. Она все еще может быть у Фила, — солгала Джессика. — Или какойнибудь простофиля мог выбросить ее в мусорный ящик. Если это правда, то мы напрасно суетимся. Следующий вопрос, и поторопись. Мне действительно следует пойти и взглянуть, как там Айрис.
Салли взглянул вверх на яркую луну, потом уставился на нее.
— Не уверен, что у меня есть следующий вопрос. Знаю только, что Харлану понравится этот голливудский сюжет. — Он покачал головой. — Златовласка, пропавший миллионер, книжка с кодами, ЦРУ и Мата Хари. Чертова волшебная сказка.
— Ты собираешься прочесть эту сказку Харлану на ночь?
— Ни за что на свете. — Салли наконец отвел взгляд и направился к машине. — С меня хватит нахлобучек на ближайшие два дня.
— Что ты собираешься делать?
— Собираюсь заглянуть к Питеру и посмотреть, нанесли ли ему сегодня визит Наши друзья в строгих костюмах. — Салли Рывком открыл дверцу и втиснул свою длинную фигуру за руль. — Если они уже перехватили это расследование, то им известно то, что знаем мы. Ничего не поделаешь.
Джессика захлопнула дверцу и, когда стекло скользнуло вниз, спросила.
— А если не перехватили?
— Не знаю, Джесси. — Салли протянул руку в отделение для перчаток, достал оттуда какой-то предмет, а затем протянул ей пистолет. Пристально посмотрел на нее и завел мотор.
— Не знаю, — повторил он.
Комната Айрис ночью выглядела по-другому. Все радужные цвета превратились в различные оттенки серого, а фиолетовый стал черным. Здесь даже не было ночника, но это не удивило Джессику. Айрис не такая трусиха, которая боится темноты.
Глядя на девочку сверху вниз, Джессика забыла о времени. Она спрашивала себя, как часто у Айрис ночуют подружки, занимая пустующую вторую кровать. Лицо Айрис казалось очень умиротворенным. И именно из-за этой умиротворенности Джессика в конце концов спросила себя, правильный ли выбор она сделала сегодня вечером. Она играла в Господа Бога с отцом этого ребенка. Может, ей следовало рассказать о звонке Салли, доверить полиции или ФБР найти Фила, пока — его не убили.
"Нет", — ответила она самой себе, отказываясь пересмотреть уже принятое решение. Им с Айрис не нужны эти жестяные герои, стремящиеся к очередному продвижению по службе. Им нужна эта книжка. Айрис сказала, что никогда не видела такой записной книжки.
Внизу ее не оказалось. Те, в костюмах, выгребли горы папок и просмотрели их, поэтому ей оставалось сделать вывод, что в офисе Фила они не обнаружили ничего очевидного. Пока. Но у нее были серьезные сомнения в том, что их волнует жизнь Фила. Они вели игру по правилам "каждый сам за себя". Если им не удастся найти эту книжку, то агентство, может быть, — только может быть, — начнет беспокоиться о том, чтобы получить Фила обратно живым.
Джессика взялась за уголки одеяла и натянула его на Айрис, свернувшуюся в позе зародыша, сложив руки под подбородком. Казалось, простое дело — накрыть ее одеялом, но оно вовсе не было простым. Подоткнуть ребенку одеяло — все равно, что пообещать быть рядом, когда он проснется. Пообещать присмотреть за ним, пока он спит.
"Такое серьезное обещание, — подумала Джессика. — Его каждый день дают миллионы людей. Интересно, кажется ли оно таким же важным после того, как проделаешь это сотни и сотни раз? "
Она остановилась и попробовала вспомнить, укрывали ли ее когда-нибудь на ночь, и не смогла. Она помнила кавалькаду нянек, которые гасили свет, и помнила, как они в постели шептались с Дженни. Они всегда спали в одной комнате, хотя в доме отца было полно свободных спален. У них были одинаковые кровати, как, впрочем, и многие другие вещи. Няни ужасно злились, когда девочки, вместо того чтобы сразу заснуть после того, как им пожелали "спокойной ночи", начинали шептаться и хихикать. Неожиданная улыбка появилась на ее лице, когда Джессика вспомнила, сколько раз им приходилось зарываться лицом в подушки, чтобы заглушить смех. И почему-то это всегда плохо удавалось, и шум привлекал внимание очередного дракона, нанятого присматривать за ними в ту неделю.