– Не хороший! – Нора немного дулась, но потом отвлекалась, мячик решал все.
К позднему вечеру он раскладывал диван, и они лежали на нем, болтая о пустяках. Вернее, лежал на нем Дмитрий Иванович, а Нора устраивалась на его плече, время от времени щекотно обнюхивая ему ухо. Это занятие доставляло ей удовольствие, и она радостно стрекотала, когда тот ежился от щекотки.
– Ага! – говорила она.
– Ага, – соглашался Дмитрий Иванович. И под бормотание телевизора показывал ей фотографии. – Смотри, Нора, это я.
– Ты? – удивлялась она.
– Да. Только я тогда был Митей, – говорил он. – Тут мне пять. Видишь, какой я был толстый?
– Ты и сейчас толстый! – хихикала Нора. – И лысый. А это кто?
– Это мама, – показывал Дмитрий Иванович. – И дядя Жора, и дядя Ваня. И бабушка. Это они в Твери.
– А где они? Почему не приносят нам яблоки и печенье? – интересовалась Нора.
– Они уже умерли, – вздыхал он.
– Умерли? А это как? – она возилась, на плече устраиваясь удобнее. От Норы пахло яблоками.
Дмитрий Иванович пытался объяснить, но у него ничего не получалось. В один момент их просто стало не найти. Значит, они очень хорошо спрятались, заключала она. И сообщала, что тоже умеет хорошо прятаться, но сейчас это ей не нужно, потому что у них не было кошек.
– А это кто?
– Это Маша и Максим Дмитрич. Сын.
– Они тоже умерли? – догадывалась Нора. – Получается, мы остались одни?
Получается, они остались одни: он и Нора. Дмитрий Иванович прятал фотографии и говорил, что пора спать, потому что они уже заболтались, а завтра много дел. В темных окнах отражалась сутолока снега.
– Летом мы пойдем смотреть на ДОМ, – засыпая, строила планы Нора.
– Хорошо, – соглашался он.
– Только надо не забыть мячик и яблоки, – беспокоилась она, устраиваясь на лежанке.
– Не забудем, – обещал Дмитрий Иванович. И смотрел в потолок. До лета было еще далеко. Но они его обязательно дождутся, и пойдут смотреть на ДОМ. Обязательно пойдут, хоть он немного опасался, что Нора захочет остаться там.
До лета было еще много дней, когда он вернулся с работы и нашел Нору окоченевшей на полу в прихожей. Рядом лежал мячик. Как обычно она ждала его, но теперь не могла полезть обниматься. Дмитрий Иванович поставил пакет с яблоками и подобрал легкое тело.
– Нора, – тихо позвал он.
– Я спряталась, – чирикнула она.
Он похоронил ее около ДОМА. Выкопал ямку в земле неудобным выскальзывающим из рук совком для мусора. А потом поднялся к себе, привычно протянул руку, включил свет и шагнул в темноту.
Конец