- Привет, - он остановился напротив меня и поднял солнцезащитные очки на лоб, - я же говорил, что мы встретимся. Теперь ты можешь без брезгливости пожать мне руку.
Его ладонь, широкая и тёплая, осторожно приняла мои пальцы. Я увидела чистые аккуратные ногти и усмехнулась:
- Пахнешь ты сегодня гораздо лучше. И выглядишь не в пример привлекательнее.
- Согласен, - он снова широко улыбался, неотрывно смотря мне в глаза, - а ещё мне часто говорят, что я очень похож на одного голливудского актера, но ведь врут, правда?
Теперь мы смеялись вместе, но внезапно я поняла, что вокруг что-то не так. Все стояли и в полном оцепенении глазели на нас. Целый коридор тишины! А мои однокурсницы беззастенчиво пожирали Мирона глазами.
- Врут, - согласилась я.
- Слушай, - он огляделся вокруг, как будто только что заметил устремленные на него взгляды, - пойдем отсюда.
Он наклонился ко мне и почти интимно прошептал на ухо:
- Мне надо вернуть тебе долг, а здесь это может быть превратно истолковано.
Пока мы спускались на первый этаж, выходили из высоких дверей универа, с Мироном здоровались все: и студенты, и преподаватели. А ещё перед нами сам собою появлялся коридор, несмотря на столпотворение, которое всегда царило в большой перерыв.
- Всё-таки ты принц, - утвердительно подвела я итог.
- А тебе ещё обо мне не рассказали? – его брови удивлённо взлетели вверх.
- Делать всем больше нечего, как наперебой о тебе болтать, - хмыкнула я, - ты не переоцениваешь свою особу?
- Пожалуй, переоцениваю… И ты ничего не знаешь о Климове?
- Местном олигархе? Нашем знаменитом золотопромышленнике, который может купить всех и вся? Надо быть полоумной, чтобы о нем не слышать.
- Ну вот! А я его сын…
Я шарахнулась от него так, что чуть не упала, но в последний момент Мирон поймал меня за руку:
- Спокойно, спокойно, я не ем девушек!
Вот таким было наше знакомство три года назад. Мы стали друзьями, но очень странными: мы не общались, не встречались специально, но жизнь так или иначе сталкивала нас с завидной регулярностью, причем самым странным образом – рядом со мной в такие моменты не было никого из близких подруг. Все в универе знали о нашем знакомстве, но никому не приходило в голову приписывать мне роман с сыном олигарха. Мои девочки только кивали головой и как Беликов твердили об осторожности: «Как бы чего не вышло!» Через год Мирон дал мне свой телефон, которым я так никогда и не воспользовалась. Мне почему-то казалось, что это будет началом конца наших случайных, ни к чему не обязывающих встреч, завязанных не на корысти, а на чистой симпатии друг к другу.
А вот Марина Кваш не упустила свой шанс – она мёртвой хваткой вцепилась в Мирона, была при нём милой, нежной, понимающей и очень неглупой девушкой. Я не понимала, как Мирон может терпеть её рядом, даже спросила его самого об этом и услышала в ответ:
- Она очень статусная фигура с большими амбициями. С ней можно появиться в любом обществе, не боясь за свою репутацию. Служба охраны отца проверила её – сирота, воспитывалась бабушкой, больших грешков за ней не водится, и вряд ли она их совершит, слишком уж печётся о своем будущем. А то что вы с ней враждуете, то капля стервозности Маринке не во вред.
Про каплю я бы поспорила, но ведь не мне с ней жить и спать, так что пусть Мирон решает проблемы с Лягушонкой по мере их поступления.
Я докурила и вернулась в кафе, где за столиком уже появились Ольга с Машутой и с удивлением рассматривали визитку моей новой знакомой. Пока я рассказывала им историю с забывчивой журналисткой, к нам присоединилась и Мура.
- Всё правильно сделала – людям надо помогать, тогда и тебя выручат в трудную минуту, - одобрительно кивнула Ольга после моего рассказа. – Помните того перса, который за нас в баре заплатил? Там была тысяча, а ты сегодня отделалась двадцатью рублями.
Мура в деланном экстазе закатила глаза:
- Классный мужик был! Красавчик!