И вот сейчас мне ещё раз напомнили, что я просто актриса, которая выбрала для себя неподходящую роль: «Ах, шарабан мой, американка. А я девчонка, я хулиганка!» - и кто напомнил? Человек, который меня, в сущности своей, и не знает. Но он почувствовал эту фальшь. Он единственный, кто почувствовал.
- Вернёмся к Марине, - вздохнула я. – Что у вас с ней теперь?
- Дружеские отношения.
- А со мной?
И опять была неприметная, на первый взгляд, заминка. Я девушка чувствительная, многое ощущала на уровне подкорки, и сейчас я чётко осознавала: Павел недоговаривал. Я не удивилась, если бы услышала, что нравлюсь ему, но Маймин выдал другое:
- Пока только разговоры по душам и гляделки.
- А ты на что рассчитывал?
Он уткнулся лбом мне в висок:
- На отношения, на очень, очень близкие отношения.
Вот так сразу! Тебе, Нана, конечно, не идёт твой цинизм, хочу, чтоб ты была со мной этаким эфирно-прекрасным созданием, внимающим музыке ветра, ну, а я со своей стороны просто хочу тебя трахнуть – быстро и без лишних разговоров.
Я спрыгнула с подоконника.
- Отношения надо заслужить.
Господи, мысленно взвыла я, что за банальности я начинаю проповедовать? Мне самой мои слова сразу же показались тупыми и пошлыми, но Паша воспринял их как истину. Он тоже спустился на пол и протянул мне руку:
- Я постараюсь.
Чуть помедлив, я неуверенно, но всё-таки вложила свою ладонь в его, и он быстро притянул меня к себя. Запрокинув голову и чувствуя тесное кольцо его рук, я смотрела, как его губы приближались к моим, и, когда Павел поцеловал меня, забыла и о Маринке, и о его планах на меня. Были только мы, и было моё счастье.
И не видела я, как в одном конце коридора показался Мирон, постоял, покачиваясь с пятки на носок и разглядывая нас с Майминым, нахмурился, развернулся и ушёл, а в другом конце появился Братник – он даже сначала рванулся в нашу сторону, но потом его лицо исказила мучительная гримаса, и он тоже повернул обратно.
12 марта, суббота, день.
12 марта, суббота, день.
Около четырех часов дня я взбежала по ступенькам издательства «Наш город», в котором работала на полставки корректором. Повернув направо, я кивнула нашему охраннику Егору и через большую стеклянную дверь попала в светлый длинный коридор, в который выходили не меньше десятка прозрачных дверей. В нашем издательстве почти не бывало выходных. Нет, официально суббота и воскресенье считались днями отдыха, но если бы вы заглянули сюда в эти дни, то обязательно нашли бы немало сотрудников, которые что-то доделывали, дописывали, допроверивали и сверяли.
Вот как сейчас: в коридоре было полно народу, но самое странное, что в нашем отделе корректуры у стола моей непосредственной начальницы Веры стоял спиной ко мне Андрей. Как генеральный директор, он редко появлялся в производственных и редакторских отделах, обитая в своём кабинете на втором этаже левого крыла, где находился весь управленческий аппарат, поэтому увидеть его здесь, да ещё и в субботу для меня было очень неожиданно.
- Здравствуйте, Вера и Андрей Сергеевич, - я не остановилась возле них, а сразу промчалась к своему рабочему месту.