25 марта, пятница, утро.
25 марта, пятница, утро.
Я шла с большой сумкой к универу и оглядывалась по сторонам: на широких подъездных аллеях стояла шеренга автобусов, готовых принять студентов филфака и истфака, гомонивших на весеннем прохладном ветерке. Я пробиралась сквозь толпу в поисках своих, попутно здороваясь с многочисленными знакомыми. Я вообще люблю быть среди людей, поэтому сейчас душа наполнялась радостью, от которой хотелось прыгать. К девчонкам, стоявшим поодаль ото всех и курившим, я подлетела счастливая:
- Ура, ура! Дорога зовёт!
- Поражаюсь твоему оптимизму, - зевнула Мура, - мне бы ещё часика три подушку подавить.
- Я бы тоже не отказалась, - хмурилась Люка. И только Машута разделяла мои чувства:
- Девоньки, три дня на природе, среди мужиков!
- Тебе лишь бы мужики были, - фыркнула Мура. – Только где ты их возьмёшь? У нас на филфаке двое их осталось. У историков их половина, но почти все или разобраны, или такие отстойные, что и смотреть противно.
- А твой Слава разобранный? – невинно похлопала я глазами.
- Он четвёртый курс, его не трогай, - строго отчитала меня Мурочка. – И да, он мною разобранный, до атомов, можно сказать. А здесь, - она тонкой рукой со звенящими браслетами на запястье обвела толпу перед автобусами, - и выбирать не из кого.
Но Машута не сдавалась:
- Завтра в лагерь приедет физфак – у них там свои сборы. Так что скучно не будет, уверяю.
Я задержала дыхание. Мы с Павлом почти не общались с того самого субботнего вечера, закончившегося ничем. Маймин, казалось, избегал меня все эти недели: в универе я его не видела, на мои смс-ки он отвечал скупо, сам не звонил, а я не хотела навязываться. Было такое чувство, что всё вернулось на круги свои: я хожу и вздыхаю по нему, а он и не догадывается об этом. Но если завтра в лагерь приезжали спортсмены-третьекурсники, то мы волей-неволей оказывались вместе. Как это произойдёт? Надо ли мне будет подходить к нему первой?
Объявили посадку, и автобусы, заполненные студентами 3 курса, выкатили на улицы города, а потом на трассу, унося нас подальше от коробок домов и от цивилизации в целом.
Два факультета выехали на традиционный творческий сбор в лагерь отдыха «Космический». У университета была своя база отдыха для студентов и преподавателей, но летняя, неотапливаемая, поэтому подобные мероприятия проводились в муниципальных оздоровительных лагерях, чаще всего именно в «Космическом», расположенном в сосновом бору. В нём было много тёплых и благоустроенных спальных корпусов, куда обычно селили студентов трёх факультетов (поэтому заезды растягивались на целый месяц), отдельные здания столовой, клуба, медпункта, спортивного зала. Был и огромный стадион, который расчищали специальными машинами, если выпадал снег (а он как раз выпал сутки назад – зима решила пошутить напоследок), и специальные беговые дорожки. В самом дальнем уголке лагеря теснились несколько гостевых домиков для особых гостей и аккуратная сторожка, в которой постоянно проживал местный абориген, по совместительству охранник территории. Были, конечно, и подсобные помещения, например, котельная, гараж, прачечная, но они нас мало интересовали. Главное, что всё это содержалось в чистоте и порядке, ежегодно обновлялось, ремонтировалось, и приезжать сюда было одно удовольствие.
Мы ехали не бездельничать, а, как любил повторять наш декан, получать «бесценные коммуникативные навыки, приобретать необходимые лидерские качества, умение работать в коллективе, выделять главные проблемы и находить оптимальные пути их решения». То есть это были такие выездные занятия, которые заменяли скучные весенние лекции, когда молодой организм требовал действия, а не статики.
Как и в прошлом году, мы с девочками разместились в комнате на пятерых – к нам присоединилась Рита Касьянова, успевшая на втором курсе выйти замуж за военного и теперь с радостью вырывающаяся из домашней казармы. Нет, мужа своего она любила, а вот его маму, жену генерала, не переваривала. Мы смеялись, что две властных женщины в одной берлоге не уживаются, а Рита вздыхала и не могла дождаться, когда же будет достроена многоэтажка, в которой молодая семья купила квартиру.
Разложив вещи, заправив бельём кровати и, конечно же, покурив, хотя это и было категорически запрещено, мы вышли осмотреться, понять, кто где расположился. Наш факультет занимал два корпуса, в третьем и четвёртом селился истфак, а пятый и шестой дожидались завтрашнего приезда спортсменов. К нашему неудовольствию, через три комнаты от нас поселилась Лягушонка со своими прилипалами. После пинка, который она получила от Люки, Кваш затаилась, но не успокоилась. И сейчас, едва она появилась в противоположном конце коридора, я увидела, как начали бегать её красиво подведённые глаза, а ноги на высоких каблуках замедлили ход, чтобы их хозяйка не столкнулась с нами возле выхода на улицу.