- Вчера, когда ты скрылась из виду, долго не находил себя, упал в пропасть, только посмотрев в глаза дочери. Видел, понимал, но не мог собрать себя в кучу. Выкурив несколько сигарет, чуть прояснилось в голове, и пошел искать мать с сестрой. И они рассказали. Всё.
- Что же (голос снова хрипит, а к горлу подкатывает тошнота, но я упорно хочу услышать дальше)
- Мать рассказала о тех условиях, что поставила перед тобой. И ты ушла из моей жизни по её прихоти. Об аборте. На этом «условии» она побледнела, и кинулась просить прощения. Потому как знает, не прощу. Не ты, не я, и Ливи тоже. Поверь, она это уже поняла и приняла.
Да, эта женщина умеет удивлять. Увидела детей и растаяла, ага. Конечно, я представляю какой она выглядит подавленной, но отпускать ситуацию просто так я не намерена. Неизвестно, что она может выкинуть еще.
- Я не верил, не хотел верить, не мог переварить, что всё настолько ужасно. Предполагал варианты, но ни в одном не было, что моя собственная мать разрушила жизнь, не только мне, но и тебе, детям. Предала меня, а любимая девушка оказалась в безвыходной ситуации. А я…я жалел себя и проклинал тебя. Но, принцесса, мы встретились, судьба нас свела снова. И я думаю, неспроста (каждый думает о своем. Тишина прям давит. А сердце стучит всё громче)
- Но ночной звонок вывел из равновесия окончательно. Я был уже дома, ушел сразу после разговора с матерью. Звонил мне Дерек (А я напрягаюсь после его слов. Как сын узнал номер и как вообще решил позвонить именно отцу). Кричал в трубку, чтоб я приехал срочно, помог тебя спасти, ты упала и не подавала никаких звуков. По ногам текла кровь. Эрика в истерике, плачет и кричит. Скорую вызвал, но они сами в гостинице и что делать дальше не представляет. Номер ему оказывается Лив дала, еще давно. Господи, Лизи, он кричал, что если мы ему не нужны, то хотя бы, чтоб помог тебе.
Мое сердце не выдерживает этой реплики, и я снова и снова плачу. Представляю своих крошек, ужас что пережили, видя мать в бессознательном состоянии. Никогда не прощу себе такую халатность. Моя полностью вина, что не умею контролировать эмоции и довела свою семью до отчаяния.
- И вот тут я осознал полностью. Моя любимая женщина, несмотря ни на что, родила и подарила жизнь двоим замечательным детям. Моим детям. Вспомнил теплую ладошку Рики, зеленый испепеляющий взгляд сына, и сорвался с места. Всё время в пути был на связи, разговаривал в основном с Эрикой, она плакала, но уже меньше, немного успокоившись от моих слов. Дерек, молодец, держался, сделал всё как нужно. Я сразу приехал в больницу, ведь Вас забрали уже. И приехав, дети сидели возле палаты, вместе обнявшись. Нерешительно подошел к ним, но не ожидал таких эмоций. Присел на корточки и протянул к ним свои руки. И знаешь что, девочка моя
- Что? (с замиранием прошептала)
- Вскочили, подбежали, и кинулись в объятия, сильно стискивая с двух сторон меня. Всхлипывали уже у меня на коленях, так же сильно вцепившись в шею. И начиная успокаиваться. Где-то, через час вышел врач, сообщил, что не ребенку ни матери ничего не угрожает. По моей физиономии понял. Я не был в курсе. Но продолжил рассказывать о реабилитации и уходе. Дети как завороженные, слушали и кивали, чем вызвали улыбку доктора. После его ухода, мы долго разговаривали, они рассказывали о вашей жизни, увлечениях, хобби. Но когда стали засыпать, предложил поехать к моим родителям.
- И как они отреагировали
- Ты знаешь, малышка, ты воспитала самых прекрасных и умных детей. Они не были против. Даже немного обрадовались. Я позвонил отцу, и он их забрал. Он звонил мне еще после праздника, мать сама рассказала о том, что произошло. Зная отца, Кэрол Паркер получит свое наказание, не знаю как, но эта ситуация просто так не останется на поверхности. Даже мягкий характер родителя не спасет мать.
- Я не хочу, чтобы рушилась ваша семья. Да, Кэрол поступила подло, но она ваша мать и любит вас, пусть и такой любовью. Ливи я вообще такой не видела, она очень зла была, ненависть так и кипела. И это тоже одна из причин, по которой я не могла тебе ничего сказать. Узнать, что тебя предает человек, которого ты любишь с рождения ужасно. Но ведь, всё в прошлом (выдавливаю последнее слово с трудом. Ничего не забылось, ничего не измениться, и произошедшее со мной семь лет назад очень твердо лежит на сердце. Обида была и будет. Больше не за себя, за моих детей.)
- Не оправдывай мать, она не заслужила, Лизи. Это на её совести. А с детьми все хорошо, они завтра утром приедут, или вечером. Хочешь?
- Хочу (смотрю на Эрика, и не понимаю, действительно чего хочу. Увидеть детей, поцеловать любимого или не отпускать никогда)