АНТОН. В Коста-Брава.
КСИ. А я в Сочи. Пошла на нудистский пляж. У меня купальник сперли.
Все неловко молчат.
ЛЕРА. Лучше – о детях. (Маше.) Что твой сын?
МАША. Как тебе сказать…
ИГОРЬ. Так и скажи: матершинник растет.
Снова неловкое молчание.
АНТОН. Может, о бизнесе поговорим?
ИГОРЬ. Да какой, на хрен, бизнес! Васька вокруг завода пикетов понаставил. (Пинает связанного Васю, тот антагонистически мычит.) Нет, ерунда получается…
Снова неловкое молчание.
ЛЕРА. Давайте по-другому!
АНТОН. Как?
ЛЕРА. Вращаем бутылку – и тот, на кого она покажет, будет рассказывать о себе. Правду.
АНТОН. Зачем?
ИГОРЬ. Чтобы лучше узнать друг друга.
МАША. Тогда совсем уж расхочется.
ИГОРЬ. А может, наоборот, захочется!
МАША (нацеливает бутылку на мужа). Вот ты и начинай!
ЛЕРА. Да, Игорь, придется вам как хозяину дома подать пример…
ИГОРЬ. Запросто. Я вам расскажу про мою первую женщину. Может, вас хоть это расшевелит. Вы не поверите, она была мамашей моего одноклассника. Я зашел велосипед попросить, а друга моего дома не оказалось. И такой у нас с ней получился велосипед! Даже-даже… Могу подробнее…
МАША. Не надо!
ЛЕРА. По данным сексологов, мальчики довольно часто теряют невинность со старшими сестрами и даже матерями своих сверстников. Не интересно.
ИГОРЬ. А что же вам интересно?
СЕРГЕЙ. Интересно, откуда у тебя столько денег?
АНТОН. Это неприличный вопрос.
СЕРГЕЙ. Вот времена! Воровать – прилично. А спрашивать, где украл, неприлично.
ИГОРЬ. А я не крал. Я заработал.
СЕРГЕЙ. Неужели?
ИГОРЬ. Да, заработал.
СЕРГЕЙ. Как?
ИГОРЬ. С помощью крыс.
КСИ. Ты шузами торговал?
ИГОРЬ. Обувью я не торговал. А с чего ты взяла?
КСИ. Привет от штиблет! «Крысы» – это такие сапожки, вроде ковбойских…
ИГОРЬ. Первый раз слышу.
КСИ. Я чумею от вашей необразованности.
ИГОРЬ. Нет, первые деньги я заработал с помощью самых настоящих крыс. Живых.
СЕРГЕЙ. Каким же образом?
ИГОРЬ. В легкую. Около моего дома хачики открыли палатку. Иду я однажды по двору и вижу: выбегает продавщица и орет: «Крыса!» Тут-то меня и осенило. Я договорился с пацанами. Они мне ловили крыс. По доллару за штуку. А я их ночью в палатку запускал. Утром – крик! Продавщицы забастовали. Еще я листовки расклеил, мол, в микрорайоне эпидемия, которую разносят крысы. Ну, точка стала совсем мертвой. Тогда я занял у друзей денег, купил у хачиков палатку почти задаром и развесил объявления, что благодаря самоотверженной борьбе крысоморов эпидемия отступила. Даже-даже! Потом продал палатку, вернул долги и купил шиномонтажную мастерскую. Потом был цех по изготовлению похоронных венков, потом музей, потом химчистка, потом фабрика детского питания…
СЕРГЕЙ. Васин завод ты так же обанкротил?
ИГОРЬ. С заводом, конечно, посложней. Но принцип примерно тот же. Главное – получить разрешение. Бумажку. Без бумажки ты букашка, а с бумажкой бизнесмен. Даже-даже…
СЕРГЕЙ. И кто же тебе дал такую бумажку?
ИГОРЬ. Вот копает! Не скажу. Коммерческая тайна.
Вася, услышав слова Игоря, начинает издавать возмущенные звуки и извиваться.
КСИ. Развяжите Васю! Он что-то сказать хочет.
МАША. Не развязывайте, он мне всю квартиру разгромит!
Вася извивается, пытается сказать.
ЛЕРА. Может, он знает, кто дал разрешение?
Вася энергично кивает.
СЕРГЕЙ. Послушаем (подходит к Васе и вынимает кляп).
ВАСЯ (отдышавшись). Разрешение дал депутат Говоров! Сволочь продажная! Дерьмократ! Мондиалист!
СЕРГЕЙ. Достаточно (снова затыкает кляп).
КСИ. Тоша, кто такой мондиалист?
АНТОН. Тебе еще рано знать. И вообще Васе совсем не обязательно слушать то, что мы тут говорим.
ИГОРЬ. Правильно! Надо его оттащить.
КСИ. Куда это вы его хотите оттащить?
ИГОРЬ. В другую комнату. Эй, мужики, взяли!
Мужчины с трудом поднимают Васю и утаскивают в другую комнату. Кси незаметно берет со стола нож и, делая вид, будто помогает, вкладывает нож пролетарию в руку. Все четверо скрываются.